Я вижу здесь очень много знакомых лиц, которые со мной неоднократно общались на эту тему — как нам свою платежную систему сделать более ориентированной на те процессы, которые происходят в банках, снизить издержки и сделать возможность банкам жить в едином расчетном пространстве. В сегодняшней системе у нас есть два блока платежей. Это срочные платежи, которые, вы знаете, называются БЭСП (банковские электронные срочные платежи.— Bankir.Ru), и не срочные платежи, которые исторически находятся на другой информационной платформе, в связи с чем большой многофилиальный банк вынужден жить в нескольких сущностях, если мы говорим о стране. С операционной точки зрения это крайне неудобно и низкоэффективно.

Что мы хотим в 2017 году предложить рынку? Создание единой централизованной платежной инфраструктуры, которая даст возможность банкам вне зависимости от точки их присутствия работать по единым правилами, стандартам и в едином временном окне. На самом деле это под собой подразумевает огромную работу, потому что мы будем эту платформу создавать «с нуля». И со стороны банков мы уже получили такое огромное количество пожеланий, что они хотят реализовать и видеть в этой новой платежной системе.

Кратко наши цели и задачи, которые мы хотим реализовать в рамках этого проекта. Как я уже сказала, мы хотим дать возможность вести в нашей платежной системе единую базу счетов и единый список участников. Сама система расчетов и клиринга будет построена таким образом, что и срочные, и не срочные платежи будут проходить процедуру клиринга, тем самым в банках будет более низкая потребность в ликвидности и они смогут управлять своими потоками гораздо более эффективно, чем это делается на сегодняшний момент.

Расширение расчетного окна. Мы провели консультации, и время с одного часа ночи до 22 часов — это то время по стране, которое банки заявили как комфортное. Мы можем двигаться и думать, как его изменить, но пока мы не получили иных точек зрения, проведя огромное количество рабочих встреч с участниками рынка.

Многие банки, кто активно участвует на рынках финансовых услуг, просили нас подумать, в том числе, о сквозных процессах с НКЦ и НРД (Национальный клиринговый центр и Национальный расчетный депозитарий.— Bankir.Ru). Владимир (Владимир Комлев, генеральный директор АО «Национальная система платежных карт» (НСПК).— Bankir.Ru) уже сказал, что мы — расчетный банк для платежной системы, и мы действительно выстроили этот механизм очень быстро, и вы как банки, я думаю, почувствовали прелесть этого. Потому что у нас ликвидность в Центральном банке, и она сейчас идет как по платежам, так и по расчетам с НСПК. На самом деле, НКЦ и НРД также сейчас оптимизируют свои платформы, и мы хотим обеспечить сквозную обработку, если мы говорим об операциях, которые будут осуществляться через все вот эти три площадки.

Безусловно, стандарты, которые являются ключевыми не только для пластиковых карт, а вообще, в мире финансовых услуг,— для нас эта тема тоже ключевая, и мы предполагаем, что ISO 20022 — это те стандарты, которые нам нужно реализовать в платежной системе. При этом мы это делаем в сотрудничестве, в том числе, со SWIFT, потому что мы не изолированы, и мы будем жить в мировом пространстве. При этом, насколько я знаю, европейские банки тоже имеют свой план по переходу на этот стандарт. И здесь мы четко отслеживаем тот момент, когда мы должны это сделать. Мы хотим избежать нагрузки для банков: мы перейдем с существующих стандартов на новые, и какое-то время параллельно будем поддерживать два вида стандартов, чтобы не устраивать для банков эффект большого взрыва.

Мы предполагаем, что ISO 20022 — это те стандарты, которые нам нужно реализовать в платежной системе.

Мы хотим, чтобы банки нам сами сказали: то, что вы делаете, нам удобно, востребовано, и более того, мы знаем, как регулятор планирует реализовывать следующие шаги. Вот для этого, на самом деле, мы сделали несколько рабочих групп, и коллеги, в том числе которые здесь сидят, они активно, практически на ежедневой основе участвуют в этих рабочих группах. Вот тогда можно построить действительно успешную и эффективную систему.

Мы, безусловно, продолжим совершенствовать систему передачи финсообщений. Она была создана в декабре как антикризисная мера, когда угроза была, что могут отключить SWIFT, притом что SWIFT никогда сам это не подтверждал. Поэтому мы за короткий срок, тоже с банками (и здесь второй раз хочу выразить благодарность банковскому сообществу) доработали свою систему, чтобы можно было с минимальными издержками для IT-систем банка передавать сообщения. Я знаю, что уже есть банки, достаточно крупные, которые подписывают двухсторонние отношения между собой и пользуются уже нашей системой, потому что с точки зрения тарифов она более привлекательна. То есть, на самом деле, мы дали выбор банкам. Это не ограничение и не обязаловка. Они сами определяют, пользуются они внутри России либо SWIFT, либо они могут использовать нашу систему, если их опермодель считает эту передачу сообщений через нашу систему боле эффективной. Я думаю, что SWIFT на нас не обижается за это, потому что SWIFT тоже должен с кем-то конкурировать. Пока он единственный и неповторимый в мире, и нас это волнует.

Касательно технологий и тех вопросов, которые нам задают участники рынка,— я думаю, вы все вчера участвовали в первой сессии, где выступал Qiwi (гендиректор Qiwi Сергей Солонин.— Bankir.Ru), который рассказывал, что они внедряют у себя новые технологии, блокчейн, и хотели бы поговорить с регулятором о возможности выпуска виртуальных денег. Во-первых, я хочу сказать, что очень четко надо понимать, что технология блокчейн — это не то же самое, что виртуальные деньги. Вот огромная путаница в прессе, что блокчейн — равно биткоин. Коллеги, блокчейн — это одна из современных технологий, которая, например нам, как Центральному банку, тоже интересна. И мы даже создали свою рабочую группу и погружаемся сейчас в эту тему, потому что нам хотелось бы понять, насколько ее можно применить для расчетов или для платежей внутри нашего сообщества. Но еще раз, это не биткоины. Поэтому то, что сейчас делает Qiwi,— они все-таки внедряют технологию внутри себя, которая направлена на новую обработку операций внутри их процессинга, и здесь никаких нарушений, противоречий я не вижу. А вот выпуск денежных суррогатов на территории России действительно запрещен.

Я, кстати, взяла очень интересную выдержку из разных стран. В Америке даже между штатами нет единой позиции. Кто-то считает это цифровой валютой, кто-то считает это активом. В Бразилии криптовалюта рассматривается как драгоценные металлы. В Канаде это рассматривается как актив, который облагается аналогично сделкам. Великобритания — единственная, которая задумалась, что, наверно, ей самой, как регулятору, нужно создать цифровую валюту. Но они пока думают, как это сделать, именно на принципах и подходах регулятора. Отношение к виртуальным валютам различное: с одной стороны, это свершившийся факт, с другой стороны, регуляторы, и мы в том числе, занимают сейчас позицию изучения.