От банковской аналитики к экспоненциальным технологиям

— Думаю, в первую очередь наших читателей интересует, кто вы. Как вы заработали свои деньги? Зачем купили банк в России?

— Наверное, меня в российском банковском мире мало кто знает, хотя, в принципе, в мире, пожалуй, я довольно известный человек. Наш инвестиционный фонд Deep Knowledge Ventures инвестирует в экспоненциально растущие ультраинновационные прорывные технологии. Если вы знаете, есть такой закон Мура, в соответствии с которым каждые два года количество транзисторов, размещаемых на кристалле микросхемы, удваивается, что является одной из причин экспоненциального роста вычислительной мощности процессоров. Были опасения, что в 2015 году увеличение мощности упрется в физические ограничения и закон, который действовал десятки лет, перестанет работать. И действительно, в этом году закон престал работать, но совершенно неожиданным образом.

В 2013–2015 годах многие области науки и техники стали развиваться быстрее, чем увеличивалась мощность процессоров. Компьютеры стали сверхмощными, появилось программное обеспечение, которое позволило появиться такому феномену, как Big-Data (большие данные.— Bankir.Ru). Объем данных, хранящихся в облачных системах, базах данных, возрос до такой степени, что сам по себе стал серьезным фактором.

В промежуток с 2000 по 2013 год не было по-настоящему эффективных систем структуризации и аналитики этих сверхбольших данных. Данные были, но толку от них было мало. К тому же во многих индустриях по-настоящему большие данные еще не были накоплены. Последние два года стали переломными, когда, с одной стороны, сверхбольшие объемы данных были уже накоплены по многим направлениям, а с другой — стали появляться действительно эффективные алгоритмы структуризации этих данных и быстрого вычленения из них полезной информации — паттернов. Более того, именно последний год стал переломным, когда произошли действительно серьезные научные прорывы в машинном обучении и таком направлении, как глубокое обучение.

Этот набор методов позволяет сверхмощным компьютерным системам обучаться на сверхбольших массивах информации и находить полезные паттерны, причем по мере своего обучения делать это все лучше и лучше. То, что компьютеры уже могут распознавать образы, звуки, тексты и видео лучше, чем люди, и обучаться для того, чтобы значительно упрощать процессы принятия сложных решений, заставляет задуматься о возможности появления более сложных нейроморфных систем и настоящего искусственного интеллекта.

70% рабочего времени аналитические агентства тратят на сбор информации, 10% — на аналитику и 20% — на то, чтобы эту информацию красиво упаковать понятным образом

Если посмотреть на традиционные аналитические агентства, которые вырабатывают рекомендации для государств, крупных корпораций, банков и так далее, то можно увидеть, что 70% своего рабочего времени они тратят на сбор информации, 10% — на аналитику и 20% — на то, чтобы эту информацию красиво упаковать понятным образом. И дорогостоящие профессионалы, которые работают в этих агентствах, на практике от силы 10% своего времени тратят на что-то действительно полезное.

Я занимался в России банковской и финансовой аналитикой, анализом активов, выработкой сценариев развития ситуаций и аналитических систем для владельцев банков и лиц, принимающих решения, чтобы они могли оптимально выстраивать долгосрочные стратегии. Но несколько лет назад мне это стало не интересно, мы дошли до определенных границ нашего развития.

И тогда я создал фонд Deep Knowledge Venture в Гонконге, который стал инвестировать в технологии Big-Data, и в первую очередь в генетике, которые были направлены на борьбу с раком, возраст-зависимыми заболеваниями и старением в целом. Мы проанализировали тысячи компаний и сделали ставки на некоторые крупные компании и стартапы.

Big-Data и борьба с раком

— Правильно я понимаю, что вы к борьбе с этими заболеваниями подошли не как врач, а именно с позиций Big-Data?

— Я подошел как инвестор. Мы нашли несколько прорывных проектов. Одним из первых проектов стал OncoFinder, который сейчас представлен сразу несколькими компаниями в пяти странах и является одним из лидирующих проектов в своей области в мире. OncoFinder — это аналитическая система больших данных с элементами искусственного интеллекта, которая нацелена на анализ проблем, связанных с раковыми заболеваниями, и выбор оптимальной персонализированной стратегии лечения для каждого пациента на основе генетического анализа его раковой опухоли. В этом году наша российская компания Первый онкологический научно-консультационный центр (ПОНКЦ) подписала соглашение с IBM о намерениях объединить Watson и OncoFinder для совместной победы над раком в России. Для IBM Watson — это беспрецедентный и пилотный проект.

— То есть, вы заработали свои деньги на финансовой аналитике и вложили их в Big-Data и борьбу с раком?

— Не совсем так. Основной свой капитал я заработал на игре против рынка (так называемом шортировании) государственных облигаций дефолтных государств, таких как Кипр и Греция, и ряда американских компаний, в первую очередь в области биотеха, которые были искусственно раздуты по капитализации. После того как в США этими методами Кайл Басс сколотил миллиардное состояние и опубликовал аналитику, я решил копать глубже и понял, что для большинства стран ЕС кризис только начинается.

Свои основные деньги я заработал, когда познакомился с учеными в области Big-Data и генетики

Но свои основные деньги я заработал, когда познакомился с учеными в области Big-Data и генетики, и они мне подсказали еще более прогрессивные направления, на которых можно зарабатывать. И вот уже два года я работаю сразу с несколькими исследовательскими группами в разных странах, и в нашем инвестиционном фонде мы даже разработали мультипараметрическую систему оценки ученых, чтобы оптимизировать свое время и капитал.

— И сейчас вы возвращаетесь в финансовую сферу?

— Да. Это произошло следующим образом. Я провожу половину своей жизни в самолете, посещая, организуя и выступая на конференциях по всему миру, в первую очередь научных — по генетике, медицине, Big-Data, искусственному интеллекту, машинному обучению и т. п. Но в этом году я попал на одну очень интересную конференцию по экспоненциальным технологиям в финансах в Нью-Йорке, где, как выяснилось, нашу компанию уже хорошо знали.

Рождение экспоненциальных технологий: Big-Data, суперкомпьютеры и искусственный интеллект

— Big-Data, искусственный интеллект, генетика — это крутые темы, в которых происходят сейчас удивительные вещи. Зачем вам банкинг? Он скучный. Вообще, есть мнение, что банкинг умирает…

— Банкинг только начинается. Недавно проходила конференция Exponential Finance, которую проводил Singularity University, занимающийся исследованиями и обучением в области развития искусственного интеллекта и других ультраинновационных (экспоненциальных) технологий. Его основал Рей Курцвейл, главный инженер Google. В команде университета — Питер Диамандис, Салим Исмаил из Yahoo и другие выходцы из IT-гигантов. Именно они ввели термин «экспоненциальные технологии». Такие технологии возникают в первую очередь, когда возможности Big-Data и суперкомпьютеров начинают применяться в других областях, например генетике, биотехнологиях, робототехнике. Суть в том, что так удается очень быстро делать проекты, которые обычные конструкторские бюро и исследовательские компании делали бы десятилетиями. Прорывные технологии могут сейчас создаваться за короткий срок маленькими, но эффективными командами.

На конференцию Exponential Finance я поехал просто из любопытства. Там присутствовало 500 представителей таких ведущих банков, как Deloitte, JP Morgan, Citi, Credit Swiss и других.

Сейчас одной из наиболее бурно развивающихся областей является Precision (Personalized) Medicine и Life Extension — персонализированная медицина и продление жизни. В эти области стали делать серьезные инвестиции как крупные фармацевтические компании, так и IT-гиганты, и в первую очередь Google. Последнее время мировые, в том числе финансовые СМИ стали уделять этому большое внимание. Может быть, вы слышали, что я объявил, что сделаю подарок на день рождения в миллион долларов человеку, который доживет до 123 лет? Стоит отметить, что здесь нет ничего фантастического, и предыдущий рекорд долгожительства составляет 122 года и шесть месяцев. Сейчас ведущие ученые в области генетики уверены, что те, кому сегодня около сорока лет и меньше, смогут жить до 120 лет и даже дольше.

IBank Global — создание сильнейшей финтехкоманды в России

— Все-таки нас опять заносит в генетику, а не в финансы…

— Я объясню вам, какое отношение это имеет к финансам и к «интерактивному банку». В генетике и проектах, связанных с искусственным интеллектом, мы занимаемся задачами, которые на несколько порядков сложнее, чем то, что будет делаться в iBank. Те ученые, с которыми я общаюсь, будут подсказывать iBank, как ему стать более сильным и более инновационным. И как сделать это за очень короткий промежуток времени. Российский iBank станет лабораторией для iBank Global. Здесь в течение полугода будет собрана самая сильная IT-команда в России в области не только интернет-банкинга, но и вообще финтеха. Мы будем делать эту команду одной из сильнейших финтехкоманд в мире. У банка будет три активных наблюдательных совета: научный совет, финтехсовет и просто финансовый совет. Я думаю, что такого нет не только в России, но и нигде в мире.

— Они работать-то банку будут давать?

— Они будут мотивировать сотрудников банка работать так, как работают в Space X или в Tesla — по 100 часов в неделю, по 15 часов в день. Те люди, которые будут работать в команде iBank в области IT-инноваций, будут работать именно так. Мы впитали все те положительные элементы, которые есть в корпоративной культуре Google, Space X, Tesla, AliBaba и Baidu, и перенесем их в банк. Мы внедряем самые продвинутые и эффективные методы организации работы.

Большинству ныне существующих российских банков, особенно мелких, приходится заниматься разными сомнительными операциями: транзитом, обналичкой и т. д. Им приходится этим заниматься, поскольку у них нет никаких инновационных идей и технологий. Они этим занимаются от безысходности. Можно сказать, что они в логическом и историческом тупике. И, на мой взгляд, это хорошо, России они не нужны.

Большинству ныне существующих российских банков, особенно мелких, приходится заниматься разными сомнительными операциями

Первый зампред Сбербанка Лев Хасис недавно в интервью РБК сказал, что Сбербанк станет высокотехнологичной IT-компанией с банковской лицензией, и он будет двигаться в сторону развития систем с элементами искусственного интеллекта. Сбербанк хочет стать супертехнологичным банком с акцентом на интернет и мобильный банк. Я не знаю, когда это получится у Сбербанка, но это точно получится у iBank. И iBank в таком формате начнет жить не позже чем 1 октября 2015 года. То есть iBank в буквальном смысле будет высокотехнологичной IT-компанией с банковской лицензией, причем с акцентом на Big-Data, машинное обучение и искусственный интеллект.

Мы начали формировать самую сильную научную и IT-команду вокруг Андрея Бухтиярова (автор идеи iBank, продукта, платформы и кода), который был лидером IT-команды в проекте. Кстати, в первый же день после приобретения банка председателем правления банка мы назначили именно Андрея. Мы могли бы пойти по традиционному пути и назначить человека с двадцатилетним стажем в банковской сфере, который имеет контакты среди банкиров и так далее. Но нас это не интересует. Нас интересует, чтобы банк развивался именно как IT-компания с банковской лицензией. Поэтому в нашем банке работает пока первый и единственный в своем роде программирующий председатель правления банка. Хотя, учитывая общемировые тренды, возможно, скоро он будет не единственным.

Сейчас, когда банковский рынок в России деградирует, нет проблемы привлечь сильных специалистов в области традиционного банкинга, которые смогут наладить операционную деятельность. И к нам уже стоит очередь из банковских специалистов, в том числе и из крупных банков.

Увеличение продолжительности жизни и крах традиционной финансовой системы

— Как связана тема финансов и тема продолжительности жизни, которой вы уделяете столько внимания?

— Сейчас в развитых странах в пенсионных фондах аккумулированы триллионы долларов. Самый главный фактор риска для них — риск увеличения продолжительности жизни, так называемый Longevity Risk. В настоящий момент пенсионные фонды закладываются на то, что средняя продолжительность жизни их клиентов составит не более 85 лет. Если средняя продолжительность жизни возрастает до 86–87 лет, то это хеджируется с помощью различных так называемых синтетических хедж-инструментов. Но если средняя продолжительность жизни в ближайшие десять лет превысит 90 лет, то вся система обанкротится. Пенсионные фонды перестрахованы страховыми компаниями, которые, в свою очередь, перестрахованы перестраховочными компаниями.

Если средняя продолжительность жизни в ближайшие десять лет превысит 90 лет, то вся пенсионная система обанкротится

Во всей этой индустрии аккумулированы десятки и сотни триллионов долларов. И большинство из них даже и не предполагают, что они уже фактические банкроты. Но еще особенно примечательно, что официальный госдолг США составляет 17 трлн долларов. При этом мало кто обращает внимание на тот факт, что совокупная задолженность по государственным и частным программ в рамках пенсионной системы и системы здравоохранения только в США в несколько раз превышает эти всем известные 17 трлн и приближается к 60 трлн.

В Европе, а в Японии особенно, ситуация еще хуже. Об этом хорошо написано в книге Алекса Жаворонкова The Ageless Generation: How the Advances in Biomedicine Will Transform the Global Economy. В финансовой индустрии в последнее время начали говорить об этой глобальной проблеме. Но для ее решения должны быть созданы принципиально новые финансовые инструменты.

— На этом можно заработать?

— Мы на этом заработаем несколько триллионов долларов в ближайшие 10–15 лет. Сейчас мы создаем совместно с Жаворонковым хедж-фонд, который позволит пенсионным фондам значительно снизить риски, связанные с увеличением продолжительности жизни. Но это отдельная тема.

Традиционный банкинг умер: он больше не нужен человечеству

— Тогда расскажите, как вы собираетесь зарабатывать на банкинге? Маржа банков снижается, кредитование встает, денежные переводы и платежи осуществляются в ноль, если не в минус. Как заработать?

— Сейчас Visa и MasterCard сильно озабочены: что будет, если вдруг Apple или Facebook решат стать банками? Тогда традиционные розничные банки просто перестанут быть нужны человечеству. Кстати, это уже можно наблюдать на примере Alibaba и AliPay, которые постепенно из крупнейшего интернет-магазина превращаются в крупнейший банк, причем он уже пришел и в Россию. Это касается розничного банкинга. На многих серьезных финансовых конференциях сейчас активно начинают обсуждаться перспективы применения Big-Data-аналитических систем с прототипом искусственного интеллекта для инвестиционного банкинга. Хотя у нас уже есть подобная инвестиционная система — VITAL (Validating Investment Tool for Advansing Life Sciences), которая заточена под инвестиционный анализ для индустрии биотехнологий. Более того, мы приняли эту систему в совет директоров нашего инвестиционного фонда. Рей Курцвейл, главный инженер Google, назвал ее одним из топ-10 главных технологических прорывов 2014 года. Недавно я читал лекцию в Московском физико-техническом институте на тему «Виртуальные финансовые смарт-машины: как они перевернут финансовый мир». Вообще-то многие серьезные люди, например McKinsey и The Economist, считают нас одними из родоначальников этого тренда в мире.

— Я понимаю, что для вас, наверное, нерелевантно мнение действующих банкиров. Но для меня оно релевантно. Они мои читатели. И вот я представляю себе, как они все это читают: искусственный интеллект, Big-Data, Apple, Google… А они реальным бизнесом занимаются, кредиты выдают…

— Классический банкинг умирает. Он никому не нужен — это анахронизм. Кредитные карты — это технология, которая была создана пятьдесят лет назад. По нынешним меркам, это древняя, первобытная технология. Любые вариации на тему развития кредитных карт — это тупиковый путь развития. Весь традиционный банкинг, который не привязан к смартфону,— это умерший банкинг, который никому не будет нужен в перспективе двух-трех лет. Те банкиры, которые до сих пор этого не понимают, просто банкроты, и уже не только в интеллектуальном смысле.

Начав заниматься проектом iBank я познакомился с удивительными людьми. Приведу один пример — Blythe Masters. Это женщина, которая в 31 год стала вице-президентом банка JP Morgan. Газета The Wall Street Journal три раза подряд признавала ее самой влиятельной женщиной Уолл-стрит. Год назад она совершила сделку по продаже непрофильных активов JP Morgan на $150 млрд. Она получила огромные бонусы и имела самые блестящие перспективы по развитию карьеры в банке. Вместо этого она уходит из банка и основывает проект, связанный с форсированным развитием технологии блокчейн.

Этот стартап будет развивать тему Bit-Shares и других деривативов от криптовалют. Тот блокчейн, который был создан, когда появился биткоин восемь лет назад, он уже немного устарел, и сейчас нужно делать более прогрессивный блокчейн — еще более высокотехнологичный, более защищенный. Новый, более эффективный блокчейн нужен для развития новых криптовалют и новых деривативов на их базе. Да и вообще для проектов абсолютно нового типа, намного более прогрессивного, чем традиционный биткоин и уж тем более чем классический банкинг.

Очевидно, что неспроста один из самых влиятельных и богатых людей в банкинге уходит из одного из самых крупных и авторитетных мировых банков, чтобы создать стартап в блокчейине.

В свою очередь, мы планируем вокруг iBank создать ассоциацию нового финтеха в России, того финтеха, которым, возможно, он стал бы эволюционно через три года.

2015 год — это первый год, когда мобайл и интернет, Big-Data и искусственный интеллект начали по-настоящему приходить в сферу банкинга

В общем, за последние несколько лет мне удалось познакомиться и поработать со многими очень интересными людьми, которые открыли мне глаза на то, что происходит. Честно, я и не думал о возвращении в банкинг после того ощущения скуки и тупиковости, которое у меня осталось от общения с традиционными банками несколько лет назад. После этого несколько лет я занимался сверхинновационными технологиями.

Но сейчас становится очевидным, что начинается новая революционная эра. 2015 год — это первый год, когда мобайл и интернет, Big-Data и искусственный интеллект начали по-настоящему приходить в сферу банкинга. И у меня появилось желание вернуться в банкинг и применить там весь серьезный потенциал, который уже есть у нас в мире науки.

— Почему — Россия? Почему iBank?

— Я приехал в Россию на подписание сделки с IBM Watson и «Сколково». Параллельно попросил аналитиков дать сводку по сфере финтеха в России. Мне попала на глаза информация, что есть один очень прогрессивный инновационный банк, у которого просто-таки непропорционально развита IT-система. И я решил на него посмотреть, а потом приобрести. Если бы я хотел купить такой банк где-нибудь в Кремниевой долине, то он обошелся бы мне на порядок дороже, поскольку он оценивался бы не как банк, а как продвинутая IT-система. А здесь IT-система мало кому интересна была.

— Я думаю, нам нужно будет продолжить наши беседы, поскольку много тем мы только обозначили. Напоследок хочу задать философский вопрос. Экономика, основанная на кредите, останется в том виде, в котором она существует уже несколько сотен лет?

— Не останется. Кредитование будет развиваться на основе технологии блокчейн по модели р2р — по распределенной децентрализованной модели.

— А как же корпоративное кредитование? Оно требует аккумуляции значительных средств…

— Корпоративное кредитование, безусловно, останется. Но 80–90% белых воротничков в крупных банках, которые сегодня определяют, кого и в каком объеме кредитовать, в ближайшие пять, максимум десять, лет потеряют работу. Принятие решений по кредитованию будут переданы Big-Data-аналитическим системам — виртуальным смарт-машинам. Хотя свои решения эти системы уже к тому времени будут принимать совсем на других, более разумных логических принципах. 

iBank — высокотехнологичный банк с акцентом на интернет и мобильное дистанционное обслуживание. Основные принципы работы банка — простота, доступность, качество и надежность. Передовой уровень обслуживания достигнут благодаря интеграции в банковскую сферу инновационных достижений, в области банковских технологий будущего, IT-безопасности и веб-технологий.