Из нишевого бизнеса исламский банкинг превратился в один из самых быстрорастущих сегментов финансового рынка. Применяются исламские продукты и в Российской Федерации, однако в рамках действующего законодательства исламский банкинг не может полноценно развиваться. В Государственной Думе 18 марта 2015 г. состоялся круглый стол, на котором его участники обсудили вопросы создания нормативно-правовой базы для работы исламских финансовых институтов.

Открывший заседание заместитель председателя Комитета ГД СФ РФ по финансовому рынку Дмитрий Иванович САВЕЛЬ­ЕВ отметил, что эта тема периодически обсуждается в Российской Федерации, но результатов пока мало. Для внедрения исламского банкинга в России необходимо внести изменения в законодательство Российской Федерации, поскольку исламский банкинг функционирует на совершенно других философских, религиозных и технологических принципах.

Первые законопроекты уже находятся в работе в Государ­ственной Думе. Начало положено. Но впереди еще много работы.

Статс-секретарь, заместитель председателя Банка России Алек­сандр Порфирьевич ТОР­ШИН, подчеркнув важность обсуждаемой темы, отметил, что она имеет и свои подводные камни. Он напомнил, что в Российской Федерации проживает примерно 20 млн мусульман. Но вопрос внедрения исламских финансов интересует не только их, но также и традиционные банки, ищущие источники длинных средств.

«У Банка России, – сказал А. Тор-­ шин – прямого отторжения этой идеи нет. В принципе некая часть исламского банкинга, его особенностей, вполне вписывается в действующее банковское законодательство. Однако необходимо проработать этот вопрос поглубже».

Появление исламских банков будет способствовать повышению доверия к банковской системе. Человек, исповедующий ислам, может чувствовать себя комфортнее, спокойнее в исламском банке, понесет свои сбережения туда, и они будут работать не только на него, но и на страну. Необходимо задействовать в экономике страны финансовые ресурсы мусульманского населения.

Россия является наблюдателем при Организации Исламская Кон­ференция. А преимущество такого, пусть ассоциированного, членства пока никак не используется.

А. Торшин отметил большую работу по внедрению исламского банкинга Республики Татарстан. В то же время он предупредил, что нельзя ожидать с появлением исламских банков ливня финансирования из-за рубежа, из исламских стран. Это консервативная, очень острожная банковская система. Поэтому обсуждение вопроса должно рассматривать обе стороны – и положительную, и отрицательную: что приобретает банковская система, что теряет.

В лице Центрального банка, заверил выступавший, заинтересованные участники рынка имеют надежного партнера, готового рассматривать инициативы, направленные на укрепление банковской системы, участвовать в дискуссиях.

А. Торшин напомнил и о плане создания в Москве международного финансового центра, который подразумевает наличие и исламских институтов.

Дорогу осилит идущий

По мнению Д. Савельева, даже если и нельзя ожидать сразу дождя инвестиций, надо начинать с ручейка, двигаться в этом направлении. Санкции Америки и Европы против России будут действовать долго. В связи с этим Россия активнее налаживает отношения со странами Азии, в том числе с Китаем, а работа с арабскими странами ведется пока недостаточно интенсивно.

Директор Департамента исламского банкинга Международного банка Азербайджана Бехнам Бай­зад-оглы ГУРБАНЗАДЕ поделился опытом развития исламского банкинга в Азербайджане, а также своими инициативами по его внедрению в России и на территории стран СНГ.

В Азербайджане еще в 2004 г. была создана рабочая группа. Дело продвигалось трудно, потому что не было исламского «окна» – зарубежные партнеры не понимали, как после принятия пассивов будут создаваться дальнейшие активы. Только в 2010-м была структурирована первая большая сделка. На сегодня общие активы исламской финансовой системы в стране составляют около 620 млн долл. – и это результат деятельности за два года.

Для развития исламских институтов были подготовлены сертифицированные специалисты, которые прошли обучение в университетах Великобритании и Малайзии по специальным программам. Между­народный банк Азербайджана (МБА) создал отдельно фронт-офис, бэк-офис, казначейство. На сегодня привлечено около 600 млн долл. активов, которые управляются департаментом, инвестируются в проекты МБА в рамках исламского банковского законодательства.

Портфель диверсифицирован, на 85%  его составляют корпоративные клиенты, на 15% – физические лица. Корпоративные проекты – это в основном крупные государственные инфраструктурные проекты: строительство дорог, рефинансирование производственных мощностей.

Чистая прибыль по результатам годовой деятельности составляет примерно 11,5 млн долл. Благодаря тому, что портфель в основном был сформирован в долларах, учтены валютные риски, во время девальвации банк потерял немного. Началось обслуживание в регионах, в таких крупных городах Азербайджана, как Гянджа, Сумгаит и Ленкорань.

Полноценной работе исламских банков в РФ препятствует законодательство – необходимо, чтобы банковская система, налоговая, таможенная, а также Гражданский кодекс позволяли применять исламские финансовые инструменты. Пока же используются лимитированные продукты и услуги, которые могут применяться в рамках действующего законодательства.

Сегодня под эгидой МБА создана государственная рабочая группа, которая анализирует законодательство. Уже готов первый пакет документов для представления в парламент, и можно надеяться, что до следующего года законопроект будет принят. Планируется также внести изменения в единое банковское законодательство и кодекс банковских институтов.

Сегодня МБА применяет исламские инструменты в основном для торгового, а также проектного финансирования, в котором участвует равноправно с клиентами, это означает участие в прибылях и потерях. Кроме того, исламские инструменты используются в доверительном управлении, выпущены исламские банковские карточки для финансирования розничных продаж, осуществляются лизинговые операции и финансирование коммерческой и жилой недвижимости.

В московском дочернем банке «МБА-МОСКВА» открыт отдел альтернативного финансирования, действующий в рамках законодательства и согласно нормам шариата. Пилотный проект начинает действовать в апреле: будет привлечен миллион долларов и затем рефинансируются 3-4 корпоративных проекта в Москве. В дальнейшем планируется привлечение средств населения.

В Баку уже привлекаются депозиты, они составляют около 82 млн долл. Это депозиты не только местного населения. Большой интерес проявили физические лица стран Персидского залива и Турции, потому что ставки по ним высокие. Таких ставок нет на рынках тех стран.

Б. Гурбанзаде отметил положительные стороны исламского финансирования. Во-первых, отсутствие ссудного процента. Во-вторых, участие в рисках. Клиент сегодня должен рассматриваться как партнер – он и банк вместе зарабатывают, но и вместе теряют. При этом существенно возрастает доверие клиентов к банковской системе. Клиенты могут приносить банку проекты, новые идеи, научно-технические разработки.

Говоря о перспективах, выступавший выразил уверенность, что вполне реально учредить исламский финансовый центр стран СНГ. Нужно создать рабочую группу и разработать план мероприятий по работе в странах СНГ с учетом опыта Казахстана, Киргизии, где уже есть соответствующее законодательство. Компаний и лиц, заинтересованных в сотрудничестве с Россией, Азербайджаном, Казах­станом, со странами СНГ, много. Диверсификация источников привлечения инвестиций, выход на новые рынки капиталов обусловливают экономическую безопасность.

Как конечную цель, по мнению Б. Гурбанзаде, можно было бы рассматривать создание единого исламского банка развития стран СНГ. Его участниками могут быть крупные финансовые институты республик. Такой институт может служить хорошей платформой для дальнейшего развития экономических и финансовых отношений в рамках стран СНГ.

Член Комитета Совета Федера­ции по бюджету и финансовым рынкам Сергей Леонидович БАТИН не видит необходимости «плодить» новые рабочие группы для внедрения исламского банкинга. Он говорил о наболевших проблемах, с которыми столкнулись созданные рабочие группы. К примеру, группа, работавшая в Совете Федерации, столкнулась с проблемой так называемого двойного налогообложения, т. е. вынужденной оплаты НДС. Эту проблему, как и ряд других, в рамках действующего законодательства сегодня в соответствии с законами о налогах, банковской деятельности в Российской Федерации преодолеть пока крайне сложно. В связи с этим необходим федеральный закон, который позволял бы работать на территории Российской Федерации исламским банкам.

С. Батин напомнил, что в 2014 г. на саммите в Казани была поставлена задача подготовить работоспособный документ уже к очередному экономическому саммиту России и стран Организации исламского сотрудничества. Он состоится в Казани 15–16 июня. Срок близится, но дело не продвинулось.

Вопросы технико­экономического обоснования создания исламского банка или «исламского окна»

Советник премьер-министра Республики Татарстан по вопросам взаимодействия с исламскими фи-­ нан­совыми институтами Линар Габдельнурович ЯКУПОВ отметил, что в Российской Федерации сложились предпосылки для развития исламского финансирования. Республика Татарстан как регион с большой долей мусульманского населения, а также ввиду того, что Россия является наблюдателем при Организации исламского сотрудничества, начала активно взаимодействовать как с институтами этой организации, так и непосредственно с Исламским банком развития.

Рабочие взаимоотношения начались в 2006 г., а в 2007-м было подписано соглашение между Татар­станом и Исламским банком развития (ИБР) по изучению возможностей внедрения исламских финансовых инструментов, структур, институтов в рамках существующего российского законодательства.

В 2008 г. впервые с Исламским банком развития была проведена международная инвестиционная конференция, показавшая интерес обеих сторон к взаимодействию.
У инвесторов из стран Персидского залива есть заинтересованность участвовать в различных проектах российских регионов. У отечественных бизнесменов также есть интерес к выходу на эти рынки, взаимодействию по вопросам торговли, инвестиций. При этом исламские финансы рассматривались как некий инструментарий, позволяющий более активно налаживать эти процессы.

В 2008 г. был создан Российский центр исламской экономики и финансов, который стал образовательным центром подготовки специалистов в области исламского финансирования. Подготовка человеческих ресурсов и сегодня стоит на повестке дня как один из самых важных вопросов, ведь даже изменение законодательства, подготовка любых документов в этой отрасли, конечно, связаны с наличием необходимых специалистов.

С 2009 г., учитывая потребность в площадке для постоянного взаимодействия с инвесторами из стран Персидского залива и со всеми компаниями, банками, которые практикуют исламские финансовые инструменты, в Казани начали проводить ежегодные международные экономические саммиты – так называемые Казань-Саммиты. Бизнес понимает, что исламское финансирование – это востребованный продукт. Растет число граждан, которые категорически не хотят пользоваться традиционной банковской системой. И соответственно появляются альтернативные продукты, которые даже в рамках существующего законодательства Российской Федерации могли бы удовлетворять потребности этой части населения. Ярким примером является Финансовый дом «Амаль», который сегодня в рамках существующего законодательства использует исламские инструменты иджара, мурабаха, чтобы предоставлять услуги населению.

Но значимым шагом в отношениях с ИБР было совместное создание в 2010 г. Татарстанской международной инвестиционной компании. Эта компания, в свою очередь, создала Евра­зий­скую лизинговую компанию (иджара).

В 2011 г. Ахбаш-банк впервые привлек, используя инструментарий мурабаха, 60 млн долл. с рынков Ближнего Востока, а в 2013-м еще 100 млн долл.

Таким образом, сегодня с исполь­зованием различных исламских финансовых механизмов через лизинговую, инвестиционную компании, ряд проектов в Республику Татарстан привлечено 180 млн долл., из которых, конечно, львиная доля приходится на Ахбаш-банк.

Однако отставание нормативно-правовой базы препятствует развитию отрасли. Полностью подготовленных документов, разрешающих исламским банковским структурам начать функционировать на территории Российской Федерации, нет, отметил Л. Якупов.

Чтобы можно было обсуждать конкретный документ, представители Татарстана в прошлом году вышли с инициативой подготовить технико-экономическое обоснование создания исламского банка или исламского банковского «окна» на территории Российской Федера­ции. Цель технико-экономического обоснования – изучить спрос и предложение на рынке для запуска исламской банковской и финансовой индустрии в Российской Федерации. Такое техническое обоснование служило бы базой для подготовки изменений законодательства.

С этой целью при поддержке и содействии Исламского банка развития и Малайзии был создан российско-малазийский консорциум. Прошли переговоры на региональном уровне с участием президента Республики Татарстан, переговоры в Совете Федерации. При активном взаимодействии с Ассоциацией российских банков, Ассоциацией региональных банков России решается задача до сентября закончить работу над технико-экономическим обоснованием, чтобы затем рассматривать его как документ, который позволял бы вносить необходимые изменения в законодательство.

Что касается этапов развития в стране исламского финансирования, то Л. Якупов напомнил: в 2010 г. на саммите была представлена так называемая дорожная карта, где было предложено два подхода. Первый – тот, который применил Казахстан. Он стал первой страной в СНГ и Центральной Азии, принявшей законы и изменения к ним, позволяющие осуществлять деятельность исламским банкам и исламским инвестиционным фондам. Для Российской Федерации этот вариант был не совсем приемлем.

Второй подход заключается в том, что вначале нарабатывается определенная практика в рамках существующего законодательства. Такая практика использования инструментария исламских финансов уже наработана, убежден
Л. Якупов.

Теперь требуется дать возможность исламским финансовым структурам полноценно работать на территории Российской Федера­ции. Здесь тоже есть два варианта. Можно создать отдельное законодательство об исламских банках, но для этого нужно длительное вре­мя – на рассмотрение, изучение, а также принятие. Второй путь, который, по мнению Л. Якупова, более приемлем, – внести изменения в действующее законодательство, чтобы все существующие сегодня барьеры были устранены. Здесь главную роль должен играть регулятор. «Мы, – сказал Л. Якупов, – готовы содействовать в налаживании взаимоотношений с ведущими международными организациями, которые сегодня регулируют исламский финансовый рынок. Есть также договоренность с центральными банками Малайзии, Объединенных Арабских Эмиратов о принятии специалистов Банка России, Министерства финансов, других банковских структур для обучения».

Выступавший подчеркнул, что исламский банкинг, исламские финансы рассматриваются прежде всего как экономический инструментарий для той части населения, которая не хочет и не может использоваться традиционными банковскими продуктами.

Исламские инструменты предназначены не только для привлечения иностранных инвестиций. Прежде всего это полноценные экономические механизмы, позволяющие населению участвовать в развитии экономики страны, и, соответственно, для этих людей устанавливаются правила игры (правовые и пр. ).

Для мусульманского мира и стран Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии наличие в стране-партнере соответствующего законодательства служит сигналом, что туда можно направлять инвестиции. Таким образом, подчеркнул Линар Габдельнурович, сначала исламский банкинг преследует цель обслуживания людей, а потом – привлечение иностранных инвесторов.

Возвращаясь к теме создания технико-экономического обоснования, Л. Якупов отметил, что оно позволит подготовить детальную программу и технический документ для внесения изменений.

Он призвал рассмотреть вариант запуска пилотного проекта «Открытие исламского банка» или исламского банковского окна в Республике Татарстан, подчеркнув, что она по сравнению с другими регионами в этом вопросе продвинулась дальше, а также имеет кадровые ресурсы.

Исламские инструменты включают и микрофинансирование и исламское страхование. Сделаны первые шаги на рынке исламского страхования – казанский филиал компании «Альянс страхование» при активном участии немецких акционеров и Республики Татар­стан запустил исламский страховой продукт такафул.

Л. Якупов обратил внимание участников заседания на то, что на Азербайджанском инвестиционном форуме обсуждалось предложение представителей Казах­стана, Киргизстана, Азербайджана ис­поль­зовать евразийскую площадку для того, чтобы исламские финансовые инструментарии стали связующим звеном между этими регионами. В связи с этим предложено создать координационный совет стран СНГ.

В перспективе – интернационализация сферы исламских финансов, повышение конкурентоспособности путем внедрения новых технологий, развитие стрессоустойчивости путем выхода на новые рынки и работа над нехваткой специалистов в области исламских финансов, а также минимизация системного риска.

В плане работы – изучение банковских продуктов и банковской операционной среды, разработка рекомендаций по созданию операционной модели банковской системы, не противоречащей исламским принципам, инструкций и пособий по исламским банковским продуктам и услугам, по внедрению процессов и процедур; проведение тренингов для персонала, вовлеченного в процесс внедрения новых банковских продуктов и услуг. Кроме того, предоставление годовой программы консультирования по вопросам соответствия шариатскому праву после этапа внедрения.

Линар Габдельнурович выразил уверенность, что пилотный проект станет важным этапом в развитии российской финансовой системы, плавного интегрирования ее в международную финансовую систему.

Изменение законодательства: необходимость и достаточность

Председатель отраслевого отделения по исламским финансам Общероссийской общественной организации «Деловая Россия» Ренат Анварович Едиханов считает, что не следует ассоциировать исламский банкинг с кредитной организацией, с банком, это скорее принцип, по которому деньги привлекаются и размещаются. Поэтому инфраструктура рынка исламских финансов – это исламские торгово-финансовые компании. В связи с этим, если менять банковское законодательство, то в части, связанной не только с активами, но и с пассивами. Одно­временно с этим потребуются изменения в резервировании, нормативах и т. д. То есть фактически надо создавать аналог действующего банковского законодательства, но полностью адаптированный к требованиям исламской экономической модели.

Целесообразнее предоставить возможность работы на рынке исламским торгово-финансовым компаниям по аналогии с компаниями, которые лицензируются на рынке ценных бумаг. Шариатский совет в этом случае будет контролировать соблюдение норм шариата и законодательные инициативы, связанные с возможностью разработки новых продуктов. Центро­банк как мегарегулятор, ответственный за все финансовые рынки, – анализировать предложения шариатского совета и реализовать их по возможности.

Выступающие справедливо отмечали, что есть вопросы, связанные с налогообложением. Принятие изменений, позволяющих решить эти вопросы, в частности единовременной уплаты НДС при совершении сделки купли-продажи в рассрочку и другие, может привести к тому, что очень большое число компаний в России внезапно сделается «исламскими» и перестанет платить НДС. Таким образом, одномоментное введение в действие изменений, меняющих и банковское законодательство, и налоговое, и ряд сопутствующих, сопряжено с большими проблемами, в том числе с согласованием в разных ведомствах. По мнению
Р. Едиханова, на начальном этапе следует применить точечное воздействие на законодательную базу.

Точечные изменения законодательства, которые позволят предоставлять населению и организациям исламские финансовые услуги, не затронут весь пласт законодательства (поскольку это может повлечь за собой целую лавину дальнейших изменений), но при этом дадут возможность собирать статистическую информацию по участникам рынка. В дальнейшем по результатам анализа этой информации возможна проработка более обширных изменений законодательства, в том числе и банковского.

К примеру, в рамках действующего российского законодательства можно совершать сделки лизинга и купли-продажи в рассрочку. НДС платится по факту начисления ежемесячного платежа, никаких проблем с налогообложением у компаний, находящихся на упрощенной системе налогообложения, не возникает. Однако при совершении сделок купли-продажи в рассрочку, если организация находится на общей системе налогообложения, возникает проблема с НДС.

Поэтому для розницы целесообразно использовать упрощенную систему налогообложения. Но есть ограничения – выручка компании не может превышать 60 млн руб. с применением мультипликатора на каждый год. Здесь возможен такой вариант: предусмотреть вид экономической деятельности для организаций, занимающихся торгово-финансовой деятельностью, связанной с религиозными ограничениями. Одновременно внести поправки в две статьи Налогового кодекса, чтобы отменить ограничения в 60 млн для данных компаний. Ежеквартальная отчетность покажет средний взвешенный первоначальный взнос, средневзвешенную эффективную ставку наценки, средневзвешенный срок по всему портфелю. Анализ этой информации, собранной со всех участников рынка, позволит в дальнейшем изменять законодательство. При этом оно будет опираться на конкретные данные, показывающие, как люди пользуются исламскими финансами, что им необходимо.

Изменения, которые касаются пассивных операций, т. е. привлечения средств – речь идет не только о привлечении средств населения, но и крупных капиталов, в том числе в странах Персидского залива. Необходимо, чтобы законодательная база позволяла свободно выпускать долговые ценные бумаги, соответствующие принципам шариата, но при этом не приходилось бы слишком творчески подходить к законодательству, чтобы эти бумаги можно было выпустить без специальных надстроек и схем. Соответственно потребуются изменения в Налоговом кодексе, которые бы регулировали обложение налогом на добавленную стоимость при передаче имущества в случае, если выпускаются бумаги сукук «аль Мурабаха» или сукук «Алиджара».

Оценка рисков при внедрении исламского банкинга в России

Ответственный секретарь Ко-­ ор­дина­ционного совета российской ассоциации экспертов по исламскому финансированию, директор Департамента экономики Совета муфтиев России Мадина Эмировна Калимуллина предложила обсудить ключевые вопросы внедрения исламского банкинга, которые могут вызвать негативные последствия при неправильном подходе.

Опыт различных стран показывает, сказала она, что нет единой идеальной формы, которую просто нужно принять и реализовать – есть разные подходы к тем или иным вопросам. Россия может исходить как из опыта некоторых стран, так и выработать свой подход.

Один из вопросов – это терминология: должен ли финансовый институт, работающий с исламскими инструментами, обязательно именоваться исламским? В Турции, например, эти банки называются «банки участия», в Великобритании тоже в законодательстве нет слова «исламский». С точки зрения требований шариата вопрос в сути, а не в форме, т. е. дело не в названии, а в принципах. Но есть один нюанс. Как показывает мировая практика, развитие исламских финансовых институтов нуждается во всесторонней поддержке на уровне правительства. Для потенциальных партнеров из стран Персидского залива важно наличие официальных заявлений, в том числе первых лиц государства, о том, что страна открыта для этого рынка. Например, в Великобритании первые лица неоднократно на разных престижных форумах говорили именно об открытости в отношении исламского банкинга. Формулировка «принципиальных возражений со стороны российского регулятора нет», может иметь не лучшие последствия с точки зрения расположенности потенциальных партнеров и инвесторов к работе с Россией, считает М. Калимуллина.

Терминология важна не только в названии закона или финансового института, но и в наименовании финансовых продуктов. В законе или документах не обязательны арабские названия, но в целях рекламы, каких-то иных потребностей, конечно, эти термины можно использовать.

Другой вопрос – определение правового статуса продукта. Так, в Великобритании, прежде чем принимать поправки к финансовым законам, очень внимательно смотрели на то, к какой области законодательства относится продукт, чтобы понимать, под какое регулирование он подпадает. Отчасти это связано с предотвращением злоупотреблений.

Заслуживает внимания и вопрос создания «исламских окон» в традиционных банках. Может ли традиционный банк открывать исламское подразделение или же банк должен выбирать – либо он осуществляет традиционную деятельность, либо получает лицензию исламского банка и согласно этому регулируется. Многие страны, в частности Малайзия, вводя закон об исламском банкинге, не предусматривали возможности создания «исламских окон», но затем меняли свою позицию. Проблема «исламских окон» в том, что сложно разграничить движение средств внутри одного банка.

При работе с исламскими финансами основной риск заключается в том, что по прошествии времени операции финансового института могут признать не соответствующими требованиям шариата, т. е. вся проделанная работа не будет иметь положительного результата. Поэтому очень важно четко понимать, что на любом уровне не должно быть незаконных, запретных операций с точки зрения как законодательства, так и шариата. То есть это очень важный репутационный риск для банка, для региона или страны в целом.

Многие международные эксперты выделяют необходимость гибкости законодательства, и здесь нельзя не согласиться с предложенным Ренатом Едихановым точечным подходом к изменению законодательства, поэтапному, пошаговому, считает М. Калимуллина. Вполне возможно, что впоследствии, после сбора статистической информации, появится необходимость внесения последующих поправок, формирования базы, например, для развития такого понятия, как исламское страхование, выпуск ценных бумаг и т. д.

Важно обратить внимание на повышение финансовой грамотности населения и защиту прав потребителей. К сожалению, сегодня как в России, так и во многих странах СНГ среди определенной части населения бытует представление, что исламские банки – это финансовые организации, где можно получить беспроцентный кредит или какую-то помощь. Клиенты должны знать специфику исламского банкинга, понимать, что такое инвестиционные вклады. Например, понимать, что есть вероятность того, что общая результативность деятельности бизнеса, с которым работает исламская финансовая организация либо банк, будет неприбыльна или убыточна, и соответственно вкладчики-соинвесторы тоже не получат прибыли.

При разработке законодательной среды должны быть учтены интересы всех участников рынка: в вопросах привлечения инвестиций, открытости работы зарубежных исламских банков в России, возможности работы на рынке российских банков, дальнейшего развития уже существующих исламских финансовых компаний. А для привлечения иностранных исламских банков в нашу страну нужны четкие решения с российской стороны – не только встречи, обсуждения, а конкретные действия, показывающие, что есть соответствующие инфраструктура, правовое поле.

Комплекс рисков, помимо странового риска, связанного с несоответствием требованиям шариатской этики, включает инвестиционный риск, которого боятся все инвесторы в отношении нашей страны. При разработке правовой среды нельзя забывать о создании и развитии международного финансового центра, инфраструктуры для инвесторов, в частности беспрепятственного получения въездных виз.

Все эти вопросы неоднократно ставились Российской ассоциацией экспертов по исламскому финансированию. Ассоциация создала площадку – MOSCOW HALAL EXPO. Выставка объединяет не только финансовую сферу, но и производственную. Сегодня Россия предоставляет уникальные возможности для потенциальных партнеров из-за рубежа, в том числе для инвестиций в целые кластеры, связанные с халяль-производством. В частности, это могут быть комплексы, включающие животноводство, мясопереработку, логистику и торговлю, в том числе на экспорт, например, в Объединенные Араб­ские Эмираты, которые сегодня предъявляют спрос на российскую продукцию питания и готовы в этом плане сотрудничать.

Интеграция исламских финансов в российскую правовую систему

Андрей Викторович ЕМЕЛИН, председатель Национального совета финансового рынка, осветил юридические аспекты проблематики. Для финансовых институтов, предоставляющих исламские продукты и услуги, нужны корректировки с точки зрения установления дополнительных требований или каких-либо регламентных ограничений, зафиксированных в законодательстве. Как наиболее оптимальное решение целесообразны точечные изменения. Однако важно понимать суть «точечности». Речь должна идти не об отдельных выхваченных поправках, а о комплексном урегулировании каждого института, может быть, по отдельности. Потому что все вместе они представляют собой большой блок вопросов, которые одновременно решить почти нереально. В то же время, если на основе упомянутого технико-экономического обоснования будет экономически четкое понимание того, как этот институт должен функционировать нормативно, то разрабатывать отдельные блоки изменений будет несложно.

Для реализации модели с учетом не очень богатого опыта работы таких институтов можно начать с создания «исламских окон». Это стало бы, во-первых, проверкой функциональности конкретных продуктов, а во-вторых, подготовкой для надзорного органа, в частности для адаптации определенных надзорных механизмов.

Сразу выбрать модель, по мнению А. Емелина, очень сложно – можно поставить либо чрезмерные преграды, либо слишком низкие. Баланс поймать удастся только на практике. В то же время это наиболее комфортно для участников рынка. В дальнейшем можно, как было предложено, реализовать модель небанковских кредитных организаций, что является более удачным вариантом, чем торговая финансовая компания, потому что законодательство о ценных бумагах – специализированное. Есть опыт специализированных НКО, созданных для ведения конкретных видов операций. Поэтому выделение блока операций с исламскими продуктами, которые будут разрешены небанковским кредитным организациям конкретного вида без изменения в целом построения банковской системы, представляется наиболее целесообразным.

Следует отметить, что в странах СНГ применялись две модели регулирования. Законодательство Казахстана детально регулировало все институты, но это оказалось малодейственным. Принятый закон содержал огромное число отсылочных норм – многое было отдано на откуп Центральному банку. Однако с учетом новизны предмета правильнее в Госдуме принимать решение о том, как тот или иной инструмент внедрять.

А. Емелин, как и Н. Калимул­лина, считает необязательным использовать религиозную терминологию. В многоконфессиональной России вопрос специализированных институтов решается по сути, без акцентирования на том, с какими религиозными постулатами нужно сверять эти решения.

Банковское регулирование в светском государстве

Советник президента Ассоциа­ции российских банков Эльман Октай-оглу МЕХТИЕВ изложил консолидированное мнение банковского сообщества. Светский характер российского государства и отдаленность любых религиозных объединений от государства не позволяет любым религиозным институтам использовать функцию, которая принадлежит государству – функцию принуждения, чтобы обеспечить безусловное исполнение религиозных, моральных и прежде всего экономических принципов, напомнил Э. Мехтиев. Если менять закон, предоставляя конкретным религиозным экономическим принципам и финансовым институтам, действующим в соответствии с этими принципами, какие-то частные исключения из общих правил регулирования, то такое нерыночное преимущество приведет к появлению огромного числа финансовых институтов, использующих такую ситуацию для того, чтобы зарабатывать.

Ассоциацию тревожит нерыночный характер таких преимуществ – на рынке должны быть одинаковые правила для всех, а законодательство не может быть частным. И регулирование в светском государстве не должно уповать на частный контроль деятельности финансового института. Но должно позволять экономическим агентам, которые хотят себя ограничить, осуществлять деятельность в соответствии со своими религиозными и экономическими принципами, проводить ее без формального нарушения норм законов и регулирования.

В США во время Великой депрессии был принят закон, разделявший банки на коммерческие и инвестиционные. Деньги физических лиц не должны были уходить в инвестиции. Закон отменили только через 70 лет. Есть такое разделение банковской и иной деятельности в нашей стране. Привлекаемые средства физических лиц не могут оказаться на торговом рынке. Статья 5 Закона «О банках и банковской деятельности» – именно то, что надо менять.

Банк России готов к таким изменениям, если они будут учитывать сохранность вкладов частных лиц. То есть законодательство надо менять так, чтобы оно не навредило риск-ориентированным ограничениям. В светском государстве менять закон надо с учетом интересов любых конфессий, потому что в конечном счете все принципы нравственности – одинаковые.

Практика работы исламского финансового учреждения в Республике Татарстан

Генеральный директор Финан­сового дома «Амаль» Рашид Алма­зович НИЗАМЕЕВ прежде всего постарался раскрыть понятие исламского банка. Финансовый дом «Амаль» – организация, с 2010 г. предоставляющая исламские финансовые услуги на территории Российской Федерации, преимущественно в Республике Татарстан. Исламский банк, отметил Р. Низа­меев, не религиозное, а светское учреждение.

Деятельность исламского банка не является каким-либо ноу-хау. Так, товарный кредит практикует практически каждое юридическое лицо в нашей стране; а также лизинговые операции, хотя исламский лизинг имеет небольшие ограничения; доверительное управление; частное инвестирование. По сути все это – основные продукты, которые использует исламский банк.

Ноу-хау исламского банка состоит только в одном, каким образом он их компилирует в своей деятельности. Во всем остальном ничего нового исламский банк не привнес. Эти финансовые продукты используются всеми кредитными учреждениями как на Западе, так и в Российской Федерации.

Есть ограничения – очень короткий список отраслей, которые исламский банк не может финансировать, например, алкогольную, табачную промышленность.

На примере опыта Финансового дома «Амаль» его генеральный директор рассказал, как сегодня в рамках действующего законодательства может функционировать исламское финансовое учреждение в Российской Федерации.

Цель создания Финансового дома – предоставлять населению и юрлицам исламские финансовые услуги при условии работы в рамках законодательства России и без противоречия с нормами ислама. Источником исламского права служат стандарты, которые выпустила авторитетная международная организация «Айофи». Особенность предоставления услуг – справедливость договора с точки зрения ислама, равное соблюдение интересов обеих сторон. В деятельности нет элементов ростовщичества и неопределенности. Клиентами являются в основном мусульмане, но, как и во всем мире, есть доля клиентов – не мусульман.

Финансирование получают резиденты Российской Федерации, а размещают средства и резиденты, и не резиденты, например иностранцы, приехавшие в Республику Татарстан на обучение или работу из мусульманских стран.

Структура Финансового дома «Амаль» следующая: есть банковская «ячейка» и небанковская.
В небанковской ячейке предоставляются услуги и используются инструменты, упомянутые выше, – рассрочка, товарный кредит, лизинговая операция, долевое финансирование и инвестиционные вклады. То есть клиент приносит инвестиционный вклад в доверительное управление, а выдаются денежные средства через инструменты товарного кредита, лизинга и также долевого финансирования. На банковской площадке это делать невозможно. Банковская ячейка – это специальный филиал, открытый казанским банком «Булвербанк» для Финансового дома, где оказываются услуги, которые не противоречат нормам ислама. Прежде всего расчетно-кассовое обслуживание.

Таким образом, благодаря совмещению на одной площадке банковской ячейки и коммерческих организаций клиент может получить основной спектр услуг современного исламского банка.

Клиенты-инвесторы размещают денежные средства через инвестиционные договоры, получая долю прибыли от операций: через инструмент лизинга, инструменты товарной рассрочки эти денежные средства размещаются непосредственно у населения и юридических лиц.

Почему расчетно-кассовое об-­ служивание предоставляется в банковской ячейке? Специфика в том, что для мусульманина важно, чтобы денежные средства, которые он положил в банк, не использовались в запретных с точки зрения норм ислама операциях. Исламом запрещено кредитование, поэтому денежные средства клиентов хранятся на отдельном субкорсчете и не смешиваются с обычной банковской деятельностью. Благодаря этому клиент получает гарантию, что его средства не участвуют в недозволенных исламом операциях и на остатки на счетах не начисляется ссудный процент.

Компания является прибыльной, что доказывает: исламский финансовый институт может быть успешным коммерческим проектом.

Но есть и проблемы. В России отсутствует специальная нормативная законодательная база, а налоговая среда – неблагоприятная, в результате чего услуги являются более дорогими, наценка облагается НДС, компании имеют свои ограничения, и из-за этого возникает много проблем.

В Российской Федерации нет никакой исламской финансовой структуры, нет доступа к рынкам капитала, возможности размещать на рынках капитала средства. Есть дефицит специалистов, и нет программного обеспечения, адаптированного под РСБУ.

Эти проблемы обусловливают высокую стоимость исламских банковских услуг, минимум на 30% выше традиционных, а также ограничения в развитии.

Регулирование исламских финансов

Заместитель директора Центра исследований международной торговли Института прикладных экономических наук РАНХиГС Мекхан Вакхаевич ЧЕККАЕВ посвятил свой доклад некоторым аспектам регулирования, связанным с отличием исламских финансов от традиционной финансовой деятельности. Целью регулирования является, во-первых, обеспечение финансовой стабильности и надежности всей финансовой системы и уменьшение системных рисков. Во-вторых  – защита прав потребителей, клиентов банков и уменьшение асимметрии информации. При формулировании норм и положений деятельности регулирующие органы стран мира, в том числе Банк России, опираются на методические рекомендации по банковскому регулированию Базельского комитета.

Некоторые нормы для исламских финансовых организаций будут существенно отличаться от норм, установленных для традиционных банков, прежде всего в отношении рыночного риска. Известно, что исламские финансовые компании основываются на операциях с реальными активами. Исламские банки должны брать на баланс реальные активы, покупать, продавать. Поэтому изменение рыночной стоимости активов приведет к увеличению или к уменьшению рыночных рисков. В связи с этим подход к оценке рыночного риска Центральным банком должен существенно отличаться от требований к традиционному банку.

Есть особенность и в оценке риска ликвидности, т. е. риска недостатка в какой-то ситуации ликвидности, чтобы расплатиться по обязательствам, прежде всего перед вкладчиками. Вкладчиков исламских компаний можно разделить на две группы – имеющих депозиты до востребования и инвестиционные вклады, на которые начисляется доходность и по которым они несут риски получения убытков вместе с банком. Так как это совершенно новый инструмент, то, соответственно, по-новому нужно подходить к оценке риска ликвидности. В данном случае, с точки зрения М. Чеккаева, именно наличие инвестиционных вкладов приведет к уменьшению риска ликвидности по сравнению с традиционным банком, так как вкладчик не может в любой момент прийти и потребовать свой вклад – существуют конкретные сроки.

Однако фактор, который приводит к увеличению риска ликвидности для исламских компаний по сравнению с обычными банками, – это отсутствие рынка исламского межбанковского кредитования в России и в мире в целом. То есть, с одной стороны, риск ликвидности должен быть меньше, с другой стороны – больше. Подход к оценке этого риска должен быть другим.

Следующий риск – операционный. Вся деятельность исламских финансовых компаний должна соответствовать шариатским принципам, и существует риск их нарушения. То есть это не что иное, как риск нарушения прав потребителя, реализация которого приведет к подрыву доверия к финансовым организациям. Причем устанавливается внешний и внутренний шариатский контроль за соблюдением шариатских требований, т. е. контролируют два комитета – внешний шариатский комитет и внутренний. В российских условиях, при большой нехватке специалистов, может быть создан национальный внешний шариатский совет.

Международная организация, которая занимается изданием стандартов, – Совет по исламским финансовым услугам выпустил 16 стандартов. Они основываются на стандартах, которые издает Базель­ский комитет по банковскому регулированию и надзору.

К исламским банкам нужно применять совершенно другой подход и в отношении требования по достаточности капитала. Потому что принцип привлечения средств в исламские банки совершенно иной – они принимают вклады на основе разделения прибыли и убытков. Если у исламского банка будет довольно большой собственный капитал, который ему надо вкладывать в те же инструменты, что и привлеченные средства, то стимулы для принятия на себя больших рисков будут меньше.

Дорожная карта исламских финансов в России

Директор по развитию ПАО «Мир Бизнес Банк» Алексей Георгиевич Коваленко определил организационные аспекты – каким образом все воплотить в закон. По его мнению, здесь требуется решить три ключевых вопроса.

Первый – кто будет организовывать работу по законопроекту, рутинную работу по всем этим законам? Второй – как координировать эту работу с госорганами и экспертами? Третий – кто будет финансировать? Логично было бы создать какой-то орган, возможно, при Комитете Совета Федерации, отметил А. Коваленко.

Кроме того, есть еще важные вопросы, которые нужно отрегулировать, – координация работы между системой шариатских советов и Центральным банком и проведение политико-психологической подготовки общества.

 

СПРАВКА

В 2014 г. суммарные активы исламских коммерческих банков в мире выросли почти до 1 трлн 800 млрд долл. Общие активы исламской экономики – в основном это страны арабской лиги, а также Турция и Иран – превышали почти 2,5 трлн долл.

Ежегодный прирост активов исламского банкинга составляет порядка 17–18%, это больше, чем прирост мировой банковской системы, примерно в 10 раз.

Рентабельность капитала первой двадцатки исламских банков 12,5%, у традиционных банков – 15%. Интересно, что как только исламский банкинг начал развиваться, такие крупные финансовые институты, как JPMorgan, Сити, Эйч­эс­би­си Банк (РР), Barclays Plc., Ллойдс банк, Bank of America, Дойче Банк начали открывать исламские дочерние структуры только для того, чтобы использовать те свободные средства, которые были направлены из стран Персидского залива. Исламское финансирование было избрано этими крупными финансовыми институтами по причине стабильности самой системы, а также экономической и политической стабильности исламских центров, таких как Лондон, Малайзия, Дубай.

По данным анализа исламской банковской системы, в 2018 г. ожидается увеличение рентабельности собственного капитала исламских банков до 15%, а общий рост активов до 15–16%. То есть ежегодно активы исламского финансирования увеличиваются на 15–16%, темпы роста значительно превышают аналогичный показатель в традиционной мировой системе.

Сегодня 40% исламских банковских активов приходится на исламские банки Ирана, 16% – Королевства Саудовская Аравия, 8% – Малайзии, 5% – Объединенных Арабских Эмиратов и 2% – Турции.