Главное событие недели – Шотландия осталась в составе Великобритании, и это не дает основания крупным банкам и страховым компаниями переносить свои штаб-квартиры в Англию. Тем не менее переезды еще возможны.

Большая Двадцатка намерена ускорять глобальный экономический рост. Для этого было предложено уже около тысячи мер. Однако при вялом развитии Китая добиться поставленной цели будет нелегко, если вообще возможно.

Банки все же могут покинуть Шотландию

Шотландия рисковала потерять крупнейшие финансовые компании, если бы было принято решение о ее независимости от Великобритании. На референдуме, который состоялся 18 сентября 2014 года, независимости было сказано «нет», однако банки пока не дают гарантий, что они не станут переносить свои штаб-квартиры, передает Independent.

Среди всех банков, базирующихся в Шотландии, которые сообщали о намерении перенести свои штаб-квартиры в Англию в случае объявления о независимости Шотландии, пока лишь Royal Bank of Scotland (RBS) однозначно заявил, что его штаб-квартира не будет перенесена. Другие банки и финансовые компании пока не могут принять решение ввиду высокой неопределенности вокруг того, насколько вырастут полномочия шотландского парламента. Кроме того, само по себе голосование против независимости не обещает стабильности. Также нет ясности вокруг вопроса о налогообложении.

Ранее Lloyds, на 25% принадлежащий британскому правительству, заявлял о намерении перенести свой головной офис из Эдинбурга в Лондон в случае голосования за независимость, согласно Wall Street Journal. С аналогичным заявлением выступали RBS, который принадлежит британскому правительству на 80%. National Australia Bank собирался переехать к югу от границы, если Шотландия станет отдельной страной. Голландская финансовая компания Aegon намеревалась открыть новую компанию в Англии, чтобы ее клиенты, находящиеся за пределами Шотландии, оставались в британском налоговом режиме. Банковское подразделение Tesco в Эдинбурге также могло переехать в Англию.

Финансовые компании пугала неопределенность вокруг таких вопросов, как сохранение британского фунта в Шотландии, сохранение членства в Европейском Союзе, а также регулирование финансового банковского рынка и «спасение» банков в случае кризиса.

Уход из Шотландии оказался бы болезненным для многих организаций. В особенности для Royal Bank of Scotland, который имеет глубокие шотландские корни начиная с 1727 года и ведет крупный бизнес в регионе. В штаб-квартире банка в Эдинбурге, а также в пригородах Эдинбурга работают тысячи людей. Для Lloyds присутствие в Шотландии менее символично, чем для RBS, однако масштабы его бизнеса в Шотландии более значительны.

Согласно New York Times, шотландский финансовый сектор огромен. По оценкам британского правительства, он ежегодно зарабатывает около 8 млрд. фунтов стерлингов ($12,9 млрд.), что соответствует 8% валового внутреннего продукта Шотландии. По оценкам компании Scottish Financial Enterprise, данная отрасль дает работу 12% рабочей силы Шотландии или 200 тыс. человек. Страховщики, банкиры и управляющие активами являются основными работниками в Глазго и Эдинбурге – двух крупнейших городах Шотландии.

Впрочем, связанные с референдумом изменения носили бы, скорее, технический характер. Финансовые компании сохранили бы большинство рабочих мест и операций в Шотландии.

Большая Двадцатка ускорит глобальный рост на 2%

В субботу, 20 сентября 2014 года, группа двадцати промышленных и развивающихся стран пришла к согласию ускорить глобальный рост на 2% в течение следующих пяти лет, передает Wall Street Journal.

Эта инициатива является ключевой инициативой австралийского президентства в Большой Двадцатке. На основе нее будет разработан Брисбенский план действий, который страны рассмотрят 15–16 ноября 2014 года. Для его реализации уже было предложено более тысячи различных мер.

О плане было объявлено на конференции министров финансов и глав центральных банков стран Большой Двадцатки, которая прошла в австралийском городе Кэрнс. Мероприятие состоялось в преддверии ноябрьского саммита. Его целью было обсуждение замедления глобальной экономики, а также мер по стимулированию глобального экономического роста. Министры также обсудили модернизацию международной системы налогообложения и возможности предотвращения уклонения от налогообложения среди крупных корпораций.

По прогнозам Международного валютного фонда (МВФ), в 2014 году мировая экономика вырастет на 3,4%. Прогноз на этот год был понижен фондом с 3,7% в июле из-за вялого роста в развитых странах.

Министр финансов Германии Вольфганг Шойбле поддержал задачу по ускорению глобального роста на 2%, однако предупредил, что ее выполнение может повысить угрозы финансовой стабильности в долгосрочном периоде. Шойбле не согласился с предположениями о том, что Германия предпринимает недостаточно действий для ускорения международного роста. Ранее США призывали экспортоориентированные страны, такие как Германия, предпринять больше мер по стимулированию экономического роста.

Согласно Reuters, на встрече также обсуждался вопрос о том, приглашать ли президента России Владимира Путина на ноябрьский саммит лидеров Большой Двадцатки, учитывая события в Украине. Страны пришли к согласию, что дипломатическое давление необходимо сохранить, однако на саммите дверь для Путина должна быть открыта.

Всеобщее беспокойство было сосредоточено вокруг экономических проблем Европы. О замедлении темпов экономического роста в Китае было удивительно мало разговоров, во всяком случае, публичных. Учитывая размеры китайской экономики и ее влияние в мире, при замедлении Китая ускорить глобальный рост на 2% будет сложно. Министр финансов Китая Лоу Цзивэй отметил, что меры стимулирования вызвали побочные эффекты, такие как создание избыточных мощностей, загрязнение окружающей среды, рост задолженности местных администраций.

Риски слишком мягкой монетарной политики, которая способна раздуть пузыри активов, тоже обсуждались на встрече, а также и то, что при выходе из программы количественного смягчения Федеральной резервной системе (ФРС) США необходимо избегать поведения, способного спровоцировать беспокойство на рынках. Ожидается, что ФРС США завершит программу по скупке активов в октябре и начнет повышать процентные ставки в следующем году. Эти ожидания резко контрастируют с ожиданиями от европейского и японского центральных банков, которым еще необходимо продолжать политику смягчения.

Немецкие вкладчики идут в иностранные банки

Поскольку в Германии процентные ставки по депозитам колеблются вокруг нуля, немцы переводят миллиарды евро на более выгодные сберегательные счета в другие страны, согласно Wall Street Journal.

По данным Центрального банка Германии, с 2010 года объем вкладов на текущие счета в иностранных банках, работающих в Германии, вырос приблизительно на 80% – до 190 млрд. евро ($246 млрд.). В основном немецкие вклады привлекают крупные банки из Голландии, особенно ING Groep, а также банки Португалии и России, где экономические проблемы способствуют высоким процентным ставкам.

В конце июля 2014 года более 20% сбережений немцев на текущих счетах (самый популярный вид счетов в крупнейшей европейской экономике) пришлось на иностранные банки, работающие в Германии. Для сравнения, в 2010 году, который считается пиковым годом европейского финансового кризиса, этот показатель составлял всего 15%.

Согласно статье, то, что немцы стали обращать внимание на процентные ставки, является новым трендом в стране, которая еще помнит гиперинфляцию после Первой мировой войны. Некоторые кредитные организации, такие как Commerzbank, изобретают новые способы привлечения вкладчиков – например, предлагают «приветственный подарок» в размере 100 евро за открытие текущего счета.

В июле 2014 года средняя ставка по годовым депозитам в Германии упала до исторического минимума 0,5%. Средняя ставка в Еврозоне составила 1,32%. Инфляция в Германии находилась на уровне 0,6%. Это означает, что доходность немецких депозитов не покрывает даже инфляцию, и деньги на текущих счетах обесцениваются.

За два года голландская кредитная организация Rabobank привлекла депозиты на общую сумму 7,6 млрд. евро через немецкое онлайн-подразделение. В немецком отделении ING в настоящее время на текущих счетах находится около 100 млрд. евро. Немецкий рынок привлекателен для голландских банков, а также для банков из других европейских стран, потому что в Германии им приходится меньше платить за депозиты, чем на родине, а также ввиду большой численности населения в Германии – около 80 млн. человек.

Для российских банков немецкие депозиты привлекательны тем, что они дают доступ к финансированию в евро. В последнее время российские банки предлагали ставку 1,4% для годовых онлайн-депозитов. Правда, продолжат ли они активно привлекать немецкие вклады, остается под вопросом. Два крупнейших российских государственных банка, которые также являются лидерами среди российских банков в Германии – Сбербанк и ВТБ – попали под американские и европейские санкции. Оба банка работали в Германии через отделения с немецкими или австрийскими банковскими лицензиями. Сбербанк также привлекал немецкие депозиты через Интернет и вел работу через свое турецкое подразделение Denizbank.

Даже банки, которые не имеют отделений или онлайн-операций в Германии, сейчас могут охватить потенциальных немецких клиентов через SavingGlobal.com – сайт, который позволяет клиентам открывать вклады в иностранных банках с минимальным числом документов, переведенных на немецкий язык. Сайт был запущен в декабре 2013 года, и с момента начала его работы им воспользовались уже 5 тыс. немцев, которые разместили депозиты в Болгарии, Польше и Норвегии. По правилам Европейского Союза, банки ЕС могут работать с гражданами любых стран ЕС. Правда, многие банки все же предпочитают только резидентов своих стран.

Для немцев воспоминания о недавних банковских катастрофах в Кипре и Исландии имеют больший вес, чем риски гиперинфляции. Чтобы развеять эти опасения, иностранные банки, которые ведут работу в Германии, напоминают вкладчикам, что по правилам ЕС, депозиты в размере до 100 тыс. евро покрываются государственной гарантией. Когда в марте 2013 года начался кипрский кризис, политики сочли нужным списать часть сбережений. А когда в 2008 году потерпели поражение банки Исландии, не входящей в Европейский Союз, вкладчиков из Британии и Голландии пришлось спасать правительствам этих стран.