Максим Авербух:

Про подлость

Отказ в разгар банковского кризиса от запланированного именно на этот период повышения суммы госгарантий по вкладам до 1 млн. рублей имеет целью загнать вкладчиков в Сбербанк и в соответствии с бритвой Оккама им же и пролоббирован. Но это просто подло – ведь свои деньги теряют тысячи людей.

Анатолий Гавриленко:

Справедливость для всех

В предлагаемых сегодня условиях ЦБ по оздоровлению банков мне приглянулась одна мера, которая в целом лично мне, как собственнику, не очень нравится, но справедливости ради кажется разумной. Это, по словам Михаила Сухова, зампреда ЦБ, требование, что «его прежний собственник должен уйти». То есть, не сумел собственник сделать бизнес эффективным, уступи его другому.

Готов поддержать, но при условии, что это будет касаться всего бизнеса в России. Без исключений. И таких, как, например, РУСАЛ, Норникель и других уважаемых крупных компаний, которые часто находятся в кризисной ситуации и благополучно оттуда выползают с помощью государства.

Без малейшего урона их собственникам.

Сергей Журавлев:

И еще об одном «скандале» с пенсионными деньгами

1. В последнюю пару недель по Интернету широко разлетелось сообщение блогера mukhomorische о выявленной им махинации с пенсионными деньгами. Не той, о которой писал navalny, «национализации» пенсионных накоплений будущего года, которую мы обсудили в предыдущей записи. А наоборот – о «приватизации» некоторой, но тоже не очень маленькой, доли доходов от размещения пенсионных накоплений.

Напомню, речь идет о размещении примерно год назад на Московской бирже облигаций IFC (структурное подразделение Всемирного банка, выполняющее функции казначейства) на 13 млрд. руб. сроком на 5 лет, организатором которого выступила Ситигруп, а инвестором стал Пенсионный фонд РФ через одну из своих управляющих компаний – ВЭБ (имеющий два инвестиционных портфеля – «расширенный» и «государственных ценных бумаг», надо понимать, речь в данном случае идет о первом).

Облигации предусматривали выплату раз в год переменного купонного дохода, привязанного как бы к темпу российской инфляции (+3% – как минимум), то есть страхующего инвестиции от инфляционного обесценения. Индекс, аппроксимирующий российскую инфляцию (NES Russian Inflation Target Index) был составлен из корзины, включающей в себя индексы цен на сырьевые товары, товарные фьючерсы, валютные фьючерсы и фьючерсы на индекс облигаций – всего в количестве 9 (детали тут, Part D). Индекс рассчитывается и ежемесячно ребалансируется Standard & Poor's Financial Services LLC, и в открытом доступе не публикуется. Российская экономическая школа (в лице двух неназванных профессоров) выступает в качестве советника по расчету индекса.

2. Блогер привлек внимание к тому, что аппроксимация российской инфляции индексом РЭШ за прошедший год оказалась, мягко говоря, не точной – 0% при фактическом приросте российский потребительских цен (по ИПЦ Росстата ноябрь к ноябрю прошлого года – 6,5%). Тем самым – Пенсионный фонд недосчитался 13*6,5%=845 млн. руб. купонного дохода, что дало ему основание подозревать коррупцию.

По его мнению, то ли имело место получение «отката» УК ВЭБ, то ли «замазана» оказались Ситигрупп, которой конечный заемщик IFC платит долларовый LIBOR %, и соответственно, Ситигрупп принимает на себя работу по хеджированию колебаний курса рубля к доллару и инфляционных рисков, то ли – анонимные профессора РЭШ, по недомыслию, или, напротив, по коварному умыслу назвавшие составленную ими корзину «индексом РЭШ, аппроксимирующим российскую инфляцию», ввели в заблуждение малоопытных российских инвесторов из УК ВЭБ. А возможно – и все сразу. В любом случае, поскольку дело идет о деньгах, которые можно в известном смысле назвать бюджетными (см. схему ниже) ситуацией, по идее, должна была бы заинтересоваться Счетная палата.

Примечания: На схеме условно принят постоянный размер пенсий и взносов, что примерно (без учета демографии) соблюдается, если за единицу измерения принять общий фонд заработной платы в стране. Проигнорированы изменения пенсионного законодательства, в частности уплата накопительной части в 2002–2004 годах работниками с 1953/57 г.р. (м/ж), но учтены изменения с 2014 года.

3. Но, как говорится, был ли тут мальчик? В записи mi_b (на мог вкус – наиболее профессионально пишущего об инвестициях по-русски) четко и компактно объясняется, что индекса, который (а) в точности (ну, или, по крайней мере, сравнительно близко) воспроизводил бы российскую инфляцию в 6–7% и при этом (б) реплицировался корзиной инвестиционных инструментов (с ограничением на волатильность в 3,5%) просто не существует. Если бы профессора РЭШ открыли такой индекс с гарантированным доходом в 6–7%, они бы озолотились, «продав» его какому-нибудь хедж-фонду.

Заодно mi_b поясняет интересующимся, почему ни при каких условиях ни Ситигруп, ни любой другой финансовой посредник не пошел бы на то, чтобы ввести в расчет купона просто Росстатовскую инфляцию. Разницу в доходности в 9,5% и LIBOR, которую Ситигрупп получает от конечного заемщика, даже с учетом ослабления рубля к доллару (которое тоже никем не гарантировано) ему просто не на чем было бы «отбить».

4. Имела ли место в данном случае, как утверждает mukhomorische, misrepresentations – продажа под видом «индекса инфляции» чего-то, к этому индексу не имеющего отношения? По мнению mi_b, речь в данном случае идет об индексе, возможно, коррелированном с российским ИПЦ на 20–50%. В уже упомянутом документе S&P подчеркивается ( part E), что «индекс из девяти составляющих может не отслеживать опорный индекс инфляции сколько-нибудь тесно или вообще, может быть значительная разница между движением этих двух индексов, и индикация российских темпов инфляции им не обеспечивается».

Предположить, что специалисты из УК ВЭБ не читали этих ограничений, не сравнивали историческую динамику двух индексов, и не оценивали корреляцию между ними, просто невозможно. (Я бы потратил на это несколько часов просто из любопытства, даже если бы речь шла не о 13 млрд., которые мне никто никогда не доверит, а о собственных 13 рублях). За последний год (по третий квартал включительно), кстати, портфель «расширенный» УК ВЭБ показывал одну из лучших доходностей среди 55 портфелей, в которые инвестированы пенсионные накопления ПФ РФ (1,9 трлн. рублей на начало 2013 года) – 8,26% при медианной доходности УК 7,5% (это без учета доходности 3% год., заработанных в четвертом квартале на рассмотренную здесь инвестицию).

В любом случае утешаться можно тем, что бумаги IFC высоконадежны и даже гарантированные 3% купона – не так уж плохо. Явных признаков коррупции в данной сделке, на мой взгляд, нет. Во всяком случае расследование вряд ли будет иметь судебную перспективу. Просто, как верно заметил mi_b, в российской ситуации регулятору, может быть, следовало бы запретить инвестирование в структурированные инструменты для пенсионных фондов (во всяком случае – для работающих со средствами обязательного пенсионного страхования).

Андрей Нальгин:

Об устойчивом рубле

Почерпнуто из глубин Всемирной паутины: «Доллар напрягся после нашего нового графического символа», – заметил Медведев.

Демократическим путем нерепрезентативная выборка активных интернет-пользователей численностью 284,5 тыс. человек (72% – мужчины, 71% – от 18 до 35 лет) проголосовали за знак рубля под номером два:

И теперь символ отечественной валюты должен выглядеть так:

Как утверждает ЦБ, такой вариант в наибольшей степени соответствует стилистике других свободно конвертируемых валют.

Лично мне вариант с буквой Р и вертикальной чертой кажется более удобным (за него и отдал свой голос). Но современная мода такова, что горизонталь в символах денежных единиц встречается чаще.

Что же до описания графемы, то ЦБ РФ креативить не стал: «Графическое обозначение рубля в виде знака представляет собой прописную букву «Р» кириллического алфавита, дополненную в нижней части горизонтальной чертой, создающей впечатление присутствия двух параллельных линий, что символизирует устойчивое положение российского рубля».

ЕЦБ, например, в аналогичном случае выразился куда элегантнее: «Знак является комбинацией греческого эпсилона, как показателя значимости европейской цивилизации, буквы E, обозначающей Европу, и пересекающих знак параллельных линий, означающих стабильность евро».

Чувствуются в этой лаконичной фразе и стиль, и неравнодушие к собственной валюте, и тысячелетия культуры денежного обращения. А у ведомства г-жи Набиуллиной, похоже, не было иной задачи, кроме как создать впечатление... устойчивого положения рубля!

Два мира – два символа – два образа мысли...

Роман Авдеев:

Возможно ли побороть «искусственное» неравенство?

Сейчас все популярнее становится идея введения безусловного основного дохода. Суть этой социальной концепции заключается в том, что каждый человек имеет гарантированный законом минимум денежного довольствия, выплачиваемый государством без всяких условий. Размер этой выплаты уменьшается с ростом доходов. Мне эта идея социалистов-утопистов симпатична, но, на мой взгляд, она не может быть реализована в полном объеме. Сама идея восходит к Локку и Руссо, которые в своих трудах говорили о естественных правах человека.

Согласно Локку, каждый человек с самого рождения обладает неким естественным правом. Оно дается человеку Богом и является правом на самосохранение, включающее в себя все самое необходимое для поддержания существования. Естественное право на самосохранение осуществляется посредством труда, являющегося источником собственности. Труд, который человек прикладывает к тому или иному предмету, бывшему изначально всеобщей собственностью, делает этот предмет собственностью этого человека: «… он выводит этот предмет из того состояния общего владения, в которое его поместила природа <…> благодаря своему труду, он присоединяет к нему что-то такое, что исключает общее право других людей».

Согласно Локку, каждый индивид обладает естественными правами, полученными им до всякого общества – правом на свободу, труд и собственность, охранять и санкционировать которые призваны общество и государство. Роль политической власти, таким образом, сводится здесь к минимуму. Целью же государства является искусственное поддержание общества в таком состоянии, когда индивиды являются изолированными и в этой изоляции осуществляют свои естественные права, в частности, право на собственность.

Согласно Руссо, «искусственное» неравенство и другие негативные явления, сопровождающие появление общества в целом, могут быть преодолены посредством восстановления условий естественного существования, но не в природе, возвращение к которой невозможно, а в «политическом теле». Для этого общественный человек должен поддерживать с обществом такие же отношения, какие естественный человек поддерживал с природой. Но место природы в обществе занимает Разум – всеобщая манифестация природы. Разум же воплощается в надличном Законе, сила которого воздействует на социального человека подобно природной силе. Закон возникает в результате общественного договора, задача которого, согласно Руссо, состоит в том, что человек, «… соединяясь со всеми, подчиняется, однако, только самому себе и остается столь же свободным, как и прежде». А это значит, что социальный человек остается в естественном состоянии. Естественное же право каждого члена общества обеспечивается участием во всеобщей воле.

Согласитесь в этом много здравого смысла. Например, на Аляске создан специальный нефтяной фонд, из которого ежегодно населению штата выдаются дивиденды, некий безусловный основной доход от добычи нефти и газа. Также сейчас в США кое-где локально пытаются внедрить этот принцип. Как вы думаете, возможно ли введение безусловного основного дохода в России?

Spydell:

Три денежных мифа

Попытка разбора трех наиболее популярных мифов про способность увеличения богатства через распределение активов и роль ЦБ в экономике.

Миф 1. Если распределить накопленное мировое богатство (финансовые активы) среди общества, то способно ли это повысить благосостояние и качество жизни общества?

Можно ли через раскулачивание олигархов, бангстеров и прочих прохвостов повысить уровень жизнь пролетариата при условии честного и пропорционального распределения денежных ресурсов в масштабе всей экономики? В данном случае идет речь не о снижении дифференциации через налоговое регулирование в выравнивании доходов, а именно распределение финансовых активов. Или можно ли через «вертолетную бомбардировку» денег от центробанка всем желающим сделать людей богаче? Все сложнее, чем многие думают.

Профессии по экономике можно подразделить на три глобальных подвида:

  • управленцы/менеджеры/директора – 1–3% от общего количества;
  • творческие профессии (R&D отделы, художники, музыканты, писатели, артисты, архитекторы, философы, в некотором роде экономисты и так далее) – 7–10% от общего количества работников;
  • обслуживающие и производственные профессии – более 90%.

Чем отличаются творческие профессии от всех остальных? Тем, что денежный аспект не является ключевым и если допустить то, что денежный поток (доходы) прекратились (уволили, например), то люди с творческой ориентацией, вероятно, продолжат заниматься тем, чем занимались раньше. Другими словами работа для них становится хобби и частью жизни.

Но можно ли это сказать про всех остальных? В основном нет. Основным мотивирующим фактором, который побуждает людей делать работу – это деньги. Стали бы люди за просто так (без зарплаты) стоять у конвейера, сидеть на кассе, развозить товары, заниматься строительно-монтажными работами в тяжелых условиях или убирать снег? Сомнительно. Безусловно, бывают фанаты своего дела, которые добиваются успеха, становятся профессионалами и не представляют свою жизнь без работы. Допустим, механик в отделе сбора двигателей, которому еще с 10 лет в папином гараже была привита любовь к технике и машинам, ну и другие аналогичные истории.

Однако около 90% профессий не назовешь творческими и/или интересными. Более того, люди готовы будут отказаться от работы сразу, как только получат «отгул», оплачиваемый отпуск или внезапно выиграют в лотерее деньги.

Как бы жестко это не звучало, но 90% людей занимаются выживанием и деньги для них ключевой аспект, так как от них зависит, проживут ли они еще один месяц. Но именно на этих трудягах создана экономика, именно благодаря им мы видим вокруг то, что видим. Конечно, необходимо все эти товары и услуги разработать (для этого нужны творческие люди из R&D отделов), бизнес должен эффективно взаимодействовать с контрагентами, а производственный процесс необходимо хорошо отладить (этим занимаются менеджеры и директора).

Многими людьми считается, что основную пользу обществу приносят профессионалы своего дела и люди с высшим образованием и способностями. Это далеко не так. Многие забывают, какую фундаментальную и ключевую роль в воспроизводственном механизме и функционировании глобальной экономики играют самые обычные люди, даже без образования. Те, кто разгружают, пакуют, фасуют, развозят и продают товары, кто занят низкоквалифицированным, но весьма полезным для общества делом.

Теперь если допустить, что люди получили достаточно денег, чтобы не работать, по крайней мере, полгода. К чему это приведет? К экономическому коллапсу. Безусловно, не все, но большая часть откажется от той деятельности, которой они занимаются, так как единственное, что их побуждало каждый день выходить на работу – это деньги. Получив профит на полгода вперед, нет никакой необходимости делать чрезвычайно тяжелую, утомительную, не интересную, а порой унизительную работу.

30–40% работников сразу выпадают из экономической активности, что практически сразу будет заметно.

Кто теперь будет стоять у конвейера, развозить и продавать товары? Бах, и все исчезло. Причем, если выпадение из экономики высококвалифицированных профессионалов будет заметно с лагом через некоторое время в виде остановки технологического прогресса и проблем в бизнес планировании и функционировании, то результаты деятельности низко и среднеквалифицированных работников будут заметны сразу. На улицах грязь и бардак, полки магазинов пусты, канализация и отопление перестанут работать, начнутся проблемы в подачи электричества и водоснабжении, более 60% промышленных предприятий и до 80% компаний из сферы услуг могут полностью остановить свою работу. Это будет экономический коллапс большего масштаба, чем любая война и экономическая депрессия, которые когда-либо случались в современной истории.

Люди получили деньги и перестали работать, но одновременно остановилась и вся экономика, тем самым применение денег просто не существует, так как некому производить, развозить и продавать товары и некому работать в сфере услуг.

Второй аспект заключается в том, что мера обесценения денег будет пропорциональна степени вбросу избыточной ликвидности в экономику. Если раскулачить всяких там Бланкфайнов, Даймонов и прочих, кто бесчинствовал долгое время в эпоху монетарного разврата или же просто сбросить деньги из вертолета, но не на рынки, а в экономику. Все это обесценится сразу. Моментально возникнет спрос, который невозможно удовлетворить, тем самым деньги стремительно обесценятся, а купить на них можно будет примерно столько же, а, скорее всего, гораздо меньше, чем до вброса денег.

Как это работает? Если накопленные деньги системы распределить в масштабе всей экономики, то первый сценарий, то есть 30–40% работников выпадают из экономической активности и полный коллапс. Если же распределить в каком-то определенном регионе, то это не приведет к росту богатства, а к обесценению полученных денег через инфляцию.

Таким образом, общество не сможет стать богаче через распределения накопленного богатства, так как попытка реализовать богатство – это спрос на чей-то труд (не важно в секторе товаров или сферы услуг). Но что заставит других людей трудиться, например, не 8 часов, а 12? В чем мотивирующий фактор для них? Отдельные личности могут разбогатеть (через те самые мерзкие мошеннические схемы ФРС), но не общество в совокупности.

Но само по себе перераспределение денежного потока (доходов) через налоги работает, так как снижает дифференциалы по доходам и расслоение общества. Но невозможно сделать все общество богатым исключительно монетарным путем. За счет кого будет получено это богатство? Здесь я описывал не налоговый аспект перераспределения, а именно масштабные денежные инъекции, либо через ЦБ непосредственно в экономику, либо через распределение финансовых активов.

Миф 2. Избыточное денежное предложение способно стимулировать экономическую активность.

Может ли QE способствовать экономическому росту, хотя бы чисто теоретически? В учебниках для первоклашек обычно говорится про долговое расширение через банковское кредитование. Но это было актуально полвека назад. С тех пор мир ушел далеко вперед, а система образования пока тормозит.

Долговое расширение нефинансового сектора происходит далеко не только через банковский кредит, но и эмиссию облигаций (корпораций, государства, муниципалитетов, госфондов и так далее)

Поэтому долговой мультипликатор корректно считать, как сумму кредитов и задолженности по облигациям для нефинансового сектора и правильнее для частного сектора, минуя государство.

Если с государством все понятно. Долг под финансирование дефицита бюджета, либо для наращивания резервов кэша на случай внештатной ситуации.

Но что заставляет брать в долг компаний? Ожидание роста спроса, что провоцирует расширение бизнеса, как через капитальные инвестиции (расширение производственных мощностей и/или замещение текущих более высокопроизводительными), так и через операции слияния и поглощения. Большинство компаний под сделки слияния берут кредит или выпускают облигации. Есть еще такая редкость, как эмиссия облигаций, чтобы платить дивиденды с целью не попасть на налоги из-за репатриации финансовых активов (случай Apple).

Нет ожиданий роста спроса – нет роста долга. Ни один менеджер в здравом уме не станет влезать в долги забавы ради. Основная цель – это повышение отдачи на капитал, рентабельности производства в долгосрочной перспективе. Другое дело, как все это реализуется.

Тем самым рост корпоративного долга – это в большей степени производная от состояния потребительской активности. Хотя есть масса компаний, которые работают на промпоставки с юрлицами, но там все равно прочная взаимосвязь с состоянием экономики.

Что заставляет брать в долг население? Очевидно, что это потребление. Но от чего зависит желание влезать в долги? Масса факторов. Уровень текущих доходов, ожидания будущих доходов, величина процентной ставки, необходимости в покупке товаров, общая экономическая конъюнктура, настроение… и не стоит списывать со счетов такой фактор, как информационная пропаганда и мода. Медийное пространство и общество может так зазомбировать мозг, что долговая нагрузка покажется модной, стильной, современной: типа все так делают, и чем я хуже?

Энтузиазм в кредитном безумии останавливается тогда, когда сумма отчислений на обслуживание долга превосходит 60–70% от текущих доходов, то есть просто физически невозможно наращивать долг. Для второй категории заемщиков с более низкой долговой нагрузкой ограничительным фактором обычно является общая нестабильная экономическая конъюнктура. Под этим понимается угроза увольнения на фоне трагических историй о потерянной работе у друзей и коллег; череда депрессивных материалов в СМИ; общая стагнация в экономике.

Но вернусь к банкам. Так что мешает избыточному денежному предложению запустить долговую экспансию? Когда это работает и когда перестает работать.

Лучше всего на примере. Когда работает расширение денежной базы?

Все это можно сравнить с трубой с пропускной способностью в 100 литров/мин при потоке воды в 120 литров/мин при определенном давлении. Больше 100 литров не пройдет. Пусть пропускная способность труба – это предельные каналы кредитования банков частного нефинансового сектора (с учетом мультиплицирования денег), а поток воды – это реальная потребность экономических агентов.

При расширении пропускной способности трубы (денежной базы) увеличивается возможности долгового расширения, что отражается на общей экономической активности. В задачу ЦБ входит не допускать избытка (образование пузырей или роста инфляции) и недостатка денег (ограничение потенциального роста экономики).

Необходимо тщательно мониторить ситуацию, чтобы денег было ровно столько, сколько необходимо. Примерно в таком формате ЦБ функционировали последние 50–60 лет. Я раньше приводил графики, где рост денежной базы в долгосрочном периоде шел в темпах увеличения номинального ВВП.

Что произошло теперь? Потребность экономики снизилась в долговом расширении, а денежную базу расширили в четыре раза. Это тоже самое, как поток воды упал со 120 литров до 90 литров, а пропускную способность трубы расширили с 100 до 400. Очевидно, что дальнейшее расширение, пусть даже до 2000 литров не окажется никакого влияния на поток воды, так как поток воды зависит от других факторов (немонетарного значения в случае с реальной экономики).

Тем самым, текущая проблема не в предложении денег (их достаточно), а в потребности экономических агентов в увеличении долга. Как и в случае с пропускной способности трубы, увеличение денежной базы не имеет никакого отношения к желаниям и способностям заемщиков брать долг. В этом аспекте избыток денежного предложения может быть в лучшем случае нейтральным, в худшем резко негативным.

Любой избыток денег при отсутствии точек сопряжения и способности абсорбировать ликвидность – это всегда инфляция. В текущем формате инфлирование происходит финансовых активов – фондовые рынки и прочие... То, что отсутствует высокая инфляция в реальной экономике с преобладанием дефляционных процессов – результат низкого физического спроса и то, что избыточная ликвидность циркулирует по замкнутому контору на финансовых рынках.

Миф 3. ФРС занимается стимулированием экономики.

Единственный канал стимулирования – это стимулирование способности нефинансового частного сектора увеличивать долг. Рост долга – это дополнительное потребление для населения и инвестиции компаний. Инвестиции компаний почти всегда тождественны найму работников, что снижается безработицу.

ЦБ может влиять на способность увеличивать долг через процентные ставки. Ставки на ипотечные кредиты, корпоративные, потребительские займы и трежерис с момента запуска QE3 выросли в среднем на 1%, что является полным и безоговорочный провалом расширение денежного предложения (рост денежной базы). Привело к надуванию пузырей везде, где это возможно, не оказывая ни малейшего положительного эффекта на реальную экономику, концентрируя профит у основных держателей активов, тем самым повышая фрагментацию. Где бедные становятся беднее, а богатые богаче. Общая долговая нагрузка нефинансового частного сектора не увеличилась с момента запуска QE2, а точнее – даже сократилась.

В итоге провал по все фронтам.

В СМИ вы слышали про двойной мандат и прочую хрень, которой ФРС пытается оправдать монетарный бандитизм. Все же реальные причины кроются не в экономических процессах. Там не дураки сидят, чтобы не понимать причинно-следственные и обратные связи. Все они прекрасно понимают, но остановиться не могут, как наркоманы :)) Слишком далеко зашли в бесчинстве и беспределе. Все упирается в поддержку финансового сектора.

По моим расчетам через процедуру отмывания за счет прогонки QEшных денег через активы удается отжимать до 6–14% от объема QE в год для всех первичных дилеров. Они не могут сразу отразить QE, как профит на своих балансах, поэтому необходима некая процедура отмывания. Учитывая дефицит качественных активов, то надувать пузыри стали везде, распихивая ликвидность от ФРС по всему шлаку, который только возможен. Не берут кредиты? Не беда, есть куда засунуть. Второсортные корпоративные облигации, низколиквидные акции третьего эшелона, гособлигации банкротов из группы PIGS. Пузыри дуют везде. Все это буйство дешевой ликвидности, все это безумие с пузырями, весь этот бардак крышуется на самом верху непосредственно от ФРС.

Это не просто преступное попустительство, которое было в 2005–2007 годах, когда закрывали глаза на ипотечный пузырь, делая вид, что все нормально – так и должно быть. Сейчас это непосредственное участие и содействие в пузырях, так как действия и операции ФРС не просто способствуют столь деструктивным процессам, но и прямым образом их провоцируют.

Оценочный положительный эффект для дилеров от QE3 за все время действия – около 100–130 млрд. чистого навара, что превышает по объему годовой оборот героина, оружия на черном рынке, торговлю людьми, органами и нелегальную проституцию. Причем, вероятно, объем монетарного мошенничества по своему размаху превосходит все совокупные преступные схемы, которые когда-либо видело человечество. Тут может возникнуть вопрос – а зачем нужен реальный сектор, когда можно резвиться на финансовых рынках с большей рентабельностью? Вполне понятно, чем все это буйство идиотизма закончится.

Мэтт Иглесиас:

Плохие новости для Уолл-Стрит

Это «рентабельность собственного капитала» ( return on equity), показатель успешности инвестбанков. Это особенно интересный показатель, так как финансовые фирмы используют множество рычагов, в том числе долговых, для финансирования своей деятельности. Умеренно выгодные инвестиций, финансируемых фирмой из собственных средств (нераспределенной прибыли от предыдущих лет, например) дают скромную прибыль на акционерный капитал. Но с привлечением долговых средств можно добиться очень высокой рентабельности капитала. Поиски вариантов получения наиболее высокого дохода на акционерный капитал (от этого зависят дивиденды, бонусы и другие приятные мелочи) заставляет банки влезать в долги. А финансовую систему это делает уязвимой для кризиса.

Столь низкая рентабельность собственного капитала говорит нам, что даже при условии возвращения докризисного состояния в части кредитного плеча капитал не вернул прежнюю доходность. Для Уолл-Стрит это плохая новость, а вот для страны – хорошая.

Пол Кругман:

Беспрецедентная жестокость

Как многие уже отметили, нечто странное произошло на ниве бюджетной политики. В интеллектуальном плане, политика аскетизма уже получила всяческое осуждение. В то же время она продолжается по обе стороны Атлантики. В процессе обсуждения бюджета стоит задуматься о масштабах этого аскетизма. Посмотрим на общие расходы бюджета – федерального, на уровне штатов, на местном уровне – и скорректируем на уровень инфляцию, как на расходы на личное потребление. Рассмотрим их на периоде в три года:

Заметен короткий скромный «рывок» в части расходов, связанный со стимулированием от Обамы. В целом подобная картина наблюдалась либо после Корейской войны, либо после Второй мировой войны. А делать такие шаги, когда частный сектор все еще избавляется от долговой нагрузки, а процентные ставки на нулевой нижней нулевой границе – это просто пугающе разрушительно.

Тайлер Коуэн:

Как повлияет Базель III на банковскую систему Европы?

Базель III будет сложно внедрить в Европе в силу особенностей банковских систем стран еврозоны. Ввиду отсутствия сильного банковского союза Базель III представляет собой рецепт снижения эффективности и усиления фрагментации.

Вот отличный фрагмент из FT, описывающий детали несовершенства банковского союза:

«Банки по-прежнему будут держать в первую очередь национальные активы, и их размер будет ограничен резидентной депозитной базой. Любое отхождение от фондирования будет связано не с уверенностью в других источниках, а с вынужденными, во многом искусственными требованиями.

Цена кредита, с другой стороны, будет оставаться сильно дифференцированой в условиях повышенных рисков дефолта стран периферии риска, которые до сих пор не могут выбраться из долговой ловушки. Снятие национальных барьеров будет способствовать роста кредитования наиболее сильных предприятий».

Это приведет к сильному дефляционному давлению. Действительно, заметно, что спрос на частные кредиты в еврозоне не растет, значит, кризис не закончился. И потом, есть еще вот какой момент:

«Наконец, учитывая отсутствие единых финансовых настроек для банковского сектора, можно сказать, что независимость ЕЦБ находится под угрозой. Действительно, без надежного обсуждения этого вопроса может возникнуть конфликт между денежно-кредитной политикой и целями финансовой стабильности».

Я хотел бы добавить, что полный и совершенный банковский союза в еврозоне, вероятно, невозможно политически. Берлин и Брюссель не могут выдавать гарантии банкам страны, не давая гарантий государству либо непосредственно, либо косвенно. Я просто не вижу путей его создания.

Тайлер Дерден:

Новая реальность периферии Европы: 50 человек на одно рабочее место с минимальным уровнем оплаты

Не знаю, насколько можно делать такие обобщения – все-таки речь идет о двух разных странах, Испании и Греции. Но две новости наталкивают на то, чтобы их объединить. Неделю назад мы сообщили, что Ikea получила 20 тыс. резюме на 400 вакансий в новый магазин в испанском городе Валенсия. Сервер компании не выдержал такой нагрузки. 50 человек на место. Это больше, чем конкурс в Гарвард!

И вот похожая новость пришла из Греции. Более 18 тыс. кандидатов на 390 вакансии с зарплатой в €580 минус налоги (итого €480). Такую статистику привела OTE, крупнейшая греческая телекоммуникационная компания объявила 390 вакансий для менеджеров по продажам. Что делать, если в стране более 1,3 млн. человек без работы, уровень безработицы 27,4%, предприятия закрываются одно за другим.

Итак, магическое число для Европы – конкурс в 50 человек на одно рабочее место с минимальной оплатой. И это вы называете восстановлением экономики еврозоны?..

Каллен Роше:

Лихорадка вокруг золота и серебра

В этой статье WSJ о хедж-фондах в сфере драгметаллах выводится очень опасная идея, что стал слишком популярным в последние годы миф о том, что непроизводительные активы должны быть основным компонентом любого портфеля. Собственно, именно это заставило крупнейшие хедж-фонд вкладываться в золото и другие драгметаллы, на фоне ралли на рынке золота.

Эта идея стала еще более популярной, после того, как многие выдающиеся люди высказывали мнение, что политика количественного смягчения и «печатания денег» приведет к неконтролируемой инфляции. Конечно, такие мнения стали следствием неверного истолкования и механизма количественного смягчения, и общих принципов работы денежно-кредитная система. В результате это привело к ошибкам в части формирования портфелей.

Справедливости ради, скажу, что золото и серебро неплохо выглядели в течение длительного периода. Однако важно, что происходит сейчас. Мы в глубоко «медвежьем» рынке драгметаллов. $10 тыс., инвестированных в начале 2010 года в портфель, по 50% состоящий из золота и серебра, подешевел на 25%.

Теперь я не против того, чтобы вложить небольшие средства в золото, и есть даже некая логика в таком действии в условии отрицательных реальных процентных ставок. Но бойтесь тех, кто продает вам идею, что нужно вложить значительную часть своих сбережений в золото и серебро. Это опасно для вашего инвестпортфеля, а такие идеи в значительной степени основаны на неправильном понимании валютно-финансовой системы и финансового мира в более широком смысле.