В «круглом столе» Bankir.Ru приняли участие:

Игорь Голдовский, генеральный директор компании «Платежные технологии», руководитель Подкомитета 4 «Процедуры и технологии расчетов с использованием банковских карт и иных инструментов розничных платежей» (Подкомитет 4 входит в состав ТК122 – базового технического комитета по стандартизации, образованного Росстандартом и ЦБ РФ);

Виктор Достов, председатель совета ассоциации «Электронные деньги»;

Андрей Емелин, президент некоммерческого партнерства «Национальный платежный совет» (НП «НПС»);

Карл Сумманен, вице-президент ВТБ.

– Как вы оцениваете функциональность национальной платежной системы?

Карл Сумманен (ВТБ):

В целом оцениваю функциональность НПС как недостаточную для полного удовлетворения потребностей экономики в платежно-расчетных сервисах. Отсутствуют важные функциональные элементы инфраструктурного характера, без которых НПС не может считаться функционально полной. В частности, для полноты НПС должны присутствовать такие компоненты, как национальная инвойсинговая система (НИС, национальный стандарт и соответствующая инфраструктура для оборота электронных счетов-инвойсов), национальная система розничных платежей (НСРП, национальный стандарт и соответствующая инфраструктура для выполнения платежных операций в реальном времени), национальная система цифровых денег (НСЦД). Функции НИС и НСЦД сегодня не закрыты вообще, функции НСРП выполняются международными платежными системами, что не может считаться окончательным решением.

Андрей Емелин (НП «НПС»):

Основные функциональные элементы, связанные с проведением платежей, в российской НПС присутствуют и средствами НПС поддерживаются. Однако динамичность развития средств связи и моделей доступа к счету столь велика, что эти функциональные элементы требуют постоянного развития, адаптации, изменения инфраструктуры платежей в целом, что непросто, но очень важно, поскольку определяет успешность развития бизнеса в банковской сфере.

Игорь Голдовский («Платежные технологии»):

Думаю, что функциональность современной российской НПС в основном удовлетворяет требования рынка электронных расчетов, поскольку если бы ситуация была иной, то на рынке появились бы соответствующие механизмы, технологии или системы, расширяющие функциональность НПС. ЦБ РФ достаточно оперативно реагирует на требования рынка, не ограничивая без нужды функциональность НПС. Сегодня электронные расчеты в России существуют в форме дистанционного банкинга, платежных карт, электронных денег, межбанковских электронных расчетов и расчетов через сеть Банка России.

Если сравнивать функциональность российской НПС с аналогичными системами в развитых странах, то некоторые компоненты платежной системы у нас пока отсутствуют. Например, у нас нет электронной системы выставления и обработки счетов на оплату, национальной автоматизированной системы онлайнового клиринга/расчетов между банками. Но уверен, что как только потребность в создании подобных систем станет для рынка критичной, они будут созданы.

Виктор Достов («Электронные деньги»):

Если понимать платежную систему так, как она описана в ФЗ «О национальной платежной системе», то российская НПС – это сложный и достаточно неоднородный организм, который, однако, вполне справляется со своей задачей, обеспечивая перевод денежных средств от плательщиков к получателям. Говорить о функциональности национальной платежной системы в целом очень сложно из-за того, что ее составными частями являются слишком разные игроки. Например, «Почта России», несмотря на ее беспрецедентно для России широкое присутствие пока ориентирована преимущественно на самые простые, базовые финансовые услуги: в основном, обычные почтовые переводы наличными. С другой стороны, операторы электронных денежных средств и банковские платежные агенты, напротив, находятся в постоянном поиске инновационных, оригинальных решений, которые бы позволили повысить доступность и самое главное – разнообразие финансовых услуг для населения в самых отдаленных регионах.

Поэтому российскую НПС, безусловно, можно назвать функциональной, но потенциал в направлении большей технологичности и снижения издержек, несомненно, есть.

– Как вы оцениваете целостность национальной платежной системы?

Карл Сумманен (ВТБ):

У НПС сегодня отсутствуют полнофункциональная национальная инфраструктура и национальные стандарты, что обуславливает фрагментарность (то есть нецелостность) НПС, которая представлена множеством достаточно функциональных и технологически продвинутых, но слабо интегрированных частных платежных систем. Необходимо двигаться в сторону создания единого платежного пространства, в рамках которого пользователи смогут через единую точку доступа осуществлять платежи с любых своих счетов в пользу любых получателей. Для этого необходимо интегрировать на операционном уровне частные платежные системы. Чтобы это не происходило по принципу «каждый с каждым», необходимо формировать национальные стандарты и национальную инфраструктуру.

Игорь Голдовский («Платежные технологии»):

Меня всегда смущал факт того, что такой серьезный, системообразующий инструмент электронных расчетов, как пластиковые карты, сегодня фактически не контролируется Банком России. Это означает, что по воле некоторых внешних компаний возможно одномоментно в значительной мере остановить расчеты по российским пластиковым картам. Чтобы быть более точным, при появлении злой воли извне смогут быть обслужены порядка 20% операций по пластиковым картам российских банков. Выполнить остальные 80% операций будет невозможно.

Конечно, от моего рассуждения тянет атмосферой времен «холодной» войны. Но, когда мы оцениваем катастрофоустойчивость значимых информационных систем в седьмом знаке после запятой, от событий вроде появления злой воли извне отмахиваться просто непрофессионально.

Виктор Достов («Электронные деньги»):

Несмотря на то, что субъекты национальной платежной системы очень разнообразны и по удельному весу, и по специфике своей деятельности, НПС является достаточно целостной. Тем не менее, на мой взгляд, сохраняется несколько узких мест, которые препятствуют свободному движению средств. Их существование – это отчасти следствие трудностей во взаимодействии участников НПС, а отчасти – регулирование, которое предъявляет весьма строгие требования к различным субъектам. Ситуация постепенно выравнивается, и на данный момент уровень взаимодействия и сотрудничества, например, между банками и операторами электронных денег – один из самых высоких за последние годы. И мы не видим снижения взаимного интереса, потому что для всех ясно, что самоизоляция – это тупиковый путь. Главный потенциал роста – именно в обеспечении целостности системы, а не ее сегментации по формальным и зачастую надуманным признакам.

– В какой мере обеспечена безопасность в национальной платежной системе?

Карл Сумманен (ВТБ):

В целом уровень безопасности достаточно высокий в том смысле, что участниками НПС клиентам, как правило, предлагается набор средств идентификации, аутентификации и подтверждения операций, достаточный для обеспечения разумного уровня безопасности при условии ответственного и правильного их использования клиентами. Исключением является по-прежнему распространенное использование платежных карт в режиме CNP (card not present) без дополнительной аутентификации, при котором возможности банка обеспечить безопасность сильно ограничены.

Андрей Емелин (НП «НПС»):

Безопасность национальной платежной системы присутствует в разных аспектах – это не только безопасность стандартных индивидуальных транзакций, но и безопасность страны в целом. Я напомню предысторию, когда обсуждались вопросы создания альтернативы международным платежным системам. Эта система называлась Национальная система платежных карт (НСПК). Основная цель создания НСПК состояла в обеспечении функционирования на национальном уровне независимой от влияния извне национальной платежной системы – системы безналичных расчетов, которая позволяла бы гарантированно защищать интересы страны и ее граждан. Однако в соответствии с Законом № 210-ФЗ был принят за основу проект Универсальная электронная карта (УЭК) , которая предназначена для использования при оказании различных государственных и муниципальных услуг в электронном виде.

Если говорить об основных участниках платежной системы, то для них ключевым документом в сфере защиты информации является, прежде всего, Стандарт Банка России по обеспечению информационной безопасности организаций банковской системы России (СТО БР ИББС). Он покрывает потребности банков, но если говорить о новых технологиях, таких как мобильные платежи на базе premium-sms, платежи мобильной коммерции, NFC (бесконтактные платежи) и т.д., то требования СТО БР ИББС ко многим участникам платежных систем неприменимы, поскольку мало кто из участников таких платежей является кредитной организацией.

Сегодня формируются разные модели платежей. Если в основе модели платежей находится банк, то оператор связи рассматривается только как транспортный оператор, обеспечивающий средство передачи информации. Если же в основе модели стоит оператор связи, то модель взаимоотношений с банками-партнерами уже иная.

Если говорить о нормативно-правовой базе, то действует большое количество нормативных актов Банка России, за соблюдением которых осуществляется весьма строгий надзор. Конечно, можно задать вопрос: «Почему же тогда происходят хищения? Почему до сих пор мы не покончили с киберпреступностью, которая в абсолютных цифрах только увеличивается?». Ответ заключается в том, что идеально защищенных систем не бывает, всегда сохраняются определенные уязвимости, которые используют преступники, и задача банков – вести непрерывную, методичную борьбу, стремясь к повышению защищенности средств клиентов. Профессиональное сообщество в лице НП «НПС» также помогает совершенствовать меры противодействия преступникам. Примером могут служить Методические рекомендации для клиентов, пострадавших от мошеннических действий в системах дистанционного банковского обслуживания, которые разработаны НП «Национальный платежный совет» совместно с АРБ при активнейшем участии Банка России и БСТМ МВД России.

Потребители, к сожалению, были и остаются самым слабым звеном на всем фронте борьбы с киберпреступлениями, но парадокс в том, что потребители сами не всегда заинтересованы в должной защите. Часть из них даже отторгает методы защиты, если технологии достаточно сложные и могут затруднить доступ к средствам. Решением могло бы стать, на наш взгляд, установление требований к минимальному уровню защиты Банком России. А далее банки должны предлагать, а клиенты должны иметь возможность самостоятельно принимать решения о необходимости повышения этого минимального уровня. Чем выше уровень защиты, тем, как правило, труднее потребителю освоиться с технологией платежей, и каждому придется искать в этих вопросах баланс между удобством и безопасностью.

Игорь Голдовский («Платежные технологии»):

Безопасность в российской НПС вполне соответствует мировым стандартам, принятым в финансовой области. В области пластиковых карт уровень мошенничества со стороны эмиссии даже ниже, чем в среднем по мировому рынку. Если наш финансовый рынок начнет демонстрировать ухудшение показателей безопасности в НПС, то на рынке информационных технологий существует широкий диапазон средств противодействия мошенничеству в области финансовых операций. Существует также масса методик повышения безопасности операций, известных профессионалам.

Значительное внимание вопросам безопасности НПС уделяет Банк России, выпустивший и продолжающий выпускать полезные документы, определяющие требования к информационным финансовым системам и разъясняющие лучшие практики для снижения уровня фрода в НПС.

Виктор Достов («Электронные деньги»):

Несмотря на то, что безопасность национальной платежной системы почему-то иногда ставится в СМИ под сомнение, ее уровень весьма высок. Достаточно попытаться вспомнить российские примеры крупных утечек данных о клиентах – за последние годы не произошло ни одного крупного случая компрометации сведений. И с этой точки зрения безопасность в НПС в России традиционно обеспечена на должном уровне. Совершенно иной вопрос, что атаки, обусловленные корыстными мотивами, направлены на самое слабое звено. И, к сожалению, этим слабым звеном зачастую становится клиент: будь то по своему недосмотру или просто из-за незнания правил безопасности при осуществлении электронных платежей. Понятно, что решить эту проблему сугубо законодательно невозможно. Необходима работа по повышению осведомленности потребителей, нужно прорабатывать процедуры рассмотрения спорных ситуаций – это пока, к сожалению, не является приоритетом для законодателей и регуляторов. Но мы надеемся, что ситуация постепенно изменится.

– Какова на данный момент роль банков и небанковских организаций в национальной платежной системе?

Карл Сумманен (ВТБ):

Если критерием достаточности роли банков в НПС является способность кредитных организаций обеспечить расчеты, то существующая роль банковской системы вполне достаточна.

По формальным критериям (объемные показатели платежных операций) банки, насколько мне известно, пока держат лидерство, однако объемы и число платежей, осуществляемых через небанковских участников НПС, растут весьма быстро. Это естественный процесс, сопротивляться которому не имеет смысла. Происходит перестройка структуры НПС и появление новых игроков. Окончательная конфигурация зависит от особенностей регулирования. Если уровень «зарегулированности» банков будет существенно выше, чем у небанковских участников, банки могут не только потерять лидерство, но и оказаться в аутсайдерах. Это не самый хороший сценарий, так как потеря значимого источника доходов приведет к ухудшению состояния всей банковской системы в целом. Поэтому более разумным представляется подход со сбалансированным регулированием, когда в отношении сходных операций ко всем участникам рынке предъявляются единые регуляторные требования.

Игорь Голдовский («Платежные технологии»):

Банки сегодня представлены в двух российских ассоциациях и, по крайней мере, в одном Национальном платежном совете. Поэтому у них достаточно площадок для того, чтобы высказать свое мнение по любым аспектам банковской деятельности. Мне кажется, что нам на рынке не хватает профессионального банковского совета, способного эффективно, а иногда и сообща решать общие организационно-технологические проблемы, возникающие на рынке. Этот совет должен обладать определенными полномочиями для того, чтобы при решении масштабных задач банки двигались общим строем в ногу. В качестве предтечи для такого совета можно рассматривать комитет ТК122, образованный при ЦБ РФ и предназначенный для разработки национальных стандартов и лучших практик в финансовой индустрии.

Виктор Достов («Электронные деньги»):

Банки и небанковские кредитные организации играют в национальной платежной системе ключевую роль, потому что они составляют, пожалуй, самую многочисленную группу среди субъектов НПС (за исключением, возможно, банковских платежных агентов). Но надо помнить, что субъекты национальной платежной системы проводят через себя самые разные платежи: например, по статистике ЦБ в 2012 году юрлица осуществили более миллиарда платежей, около 83,5% от всех, прошедших в НПС в рублях. На физических лиц пришлось менее 200 млн. платежных поручений, но зато 8,3 млн. из них было передано с помощью мобильных телефонов! И эти данные даже не учитывают переводы через системы электронных денег или платежи со счета сотового телефона.

Поэтому эффективность и функциональность российской НПС состоит не столько в центральной роли в ней кредитных организаций, сколько в их разнообразии. Потому что «стандартные» переводы между банковскими счетами организаций пусть и являются в объемном отношении доминирующими, но они привлекают к себе наименьшее внимание. На мой взгляд, одной из важнейших задач национальной платежной системы является повышение качества и разнообразия услуг именно для физических лиц, для которых преимущества безналичного расчета остаются, в большинстве своем, к сожалению, недоступными.

– Каковы, по вашему мнению, пути развития национальной платежной системы?

Карл Сумманен (ВТБ):

Необходимо координированное, централизованно направляемое и, возможно, централизованно финансируемое развитие в сторону формирования национальной платежной инфраструктуры, основанной на национальных стандартах и включающей основные функциональные компоненты, о которых я говорил выше.

Андрей Емелин (НП «НПС»):

Ключевыми драйверами перемен являются интересы игроков рынка и потребителей. Банки и процессоры рынка строят свои стратегии исходя из того, чтобы оставаться конкурентоспособными в долгосрочной перспективе. Ожидания потребителей также стимулируют изменения, вносит свои коррективы и совершенствование нормативной базы как в сфере регулирования, так и надзора. Отмечу, что Банк России занимает очень активную позицию в этих вопросах – и это на сегодня очень весомый фактор и стимул перемен в вопросах совершенствования НПС.

Как устойчивый мировой тренд – объемы безналичных платежей растут, они увеличиваются примерно на 5% ежегодно, а сами платежи становятся все более «электронными». Как следствие, возникают многочисленные задачи более эффективного использования возможностей этих «электронных» платежей. Растет сложность и многообразие каналов инфраструктуры (в первую очередь, это появление мобильных точек доступа – смартфоны, планшеты), их количество постоянно увеличивается. На 2013 год в мире запланировано к продаже 700 млн. смартфонов, а если учесть планшетники, то за год получится миллиард новых точек доступа к глобальной инфраструктуре платежей.

Естественным направлением развития российской НПС, ее инфраструктуры является все больший переход к процедурам обработки платежей в реальном времени, в том числе в платежной системе Банка России.

Кроме высокой скорости транзакций, многие участники стремятся получить и более полную информацию о платеже. Платежка становится все более «длинной». Это позволяет облегчить внутренний учет за счет автоматизированного согласования входящих платежей по мере их поступления и ранее выставленных счетов. Более полное использование «длинных» платежных сообщений позволяет сократить их ручную обработку и тем самым ускорить сами платежи.

Драйвером перехода к обработкам платежей в реальном времени для нашей страны является торговая розница, которая пытается использовать новые технологии Loyalty Card. Напомню, что многие существующие системы Loyalty Card используют информацию о предыдущих покупках и поощряют потребителей для покупок в дальнейшем – именно за счет использования его истории покупок. Сегодня внедряются инновации, которые позволяют уловить момент принятия покупателем решения об оплате того или иного товара, сопоставить его нахождение в той или иной точке продажи, и даже примерно оценить его «предварительные» мысли. В момент, когда потребитель еще только формирует модель покупки, прокручивая на своем смартфоне поисковые запросы, эта информация оценивается, анализируется в реальном времени и покупателю «вбрасывается» альтернативное предложение, возможно, даже переориентирующее его с предыдущей модели покупки на иную, например, конкурирующую. И подобные системы уже начинают использоваться все шире.

Процедуры платежей в реальном времени очень выгодны и для потребителей, и для банков, поскольку дают большую прозрачность в отношении управления рисками и ликвидностью, сокращают расходы по выводу на рынок инновационных сервисов.

Система национальных платежей должна работать на базе открытых стандартов, примерами которых являются ISO 20022, ISO 8583. Однако это лишь примеры. Могут быть разработаны или адаптированы и иные стандарты, учитывающие национальную специфику. Но стандарты должны быть обязательно. Именно использование стандартов позволяет гарантировать, что все платежи могут быть обработаны в рамках единой НПС. И, конечно, важным шагом к перестройке нашей НПС стала организация Комитета ТК122 по инициативе Росстандарта и Банка России. Комитет призван координировать стандартизацию всех процессов, связанных с платежами в НПС.

Ключевой мерой повышения эффективности розничных платежных систем послужит создание ЕКРИ (единой клиринговой расчетной инфраструктуры) федерального уровня, которой пока нет в нашей стране.

Игорь Голдовский («Платежные технологии»):

Все зависит от финансового рынка, а, значит, от того, по какому пути будет развиваться наша экономика. Если страна будет жить по законам рынка со всеми сопутствующими ему реквизитами (открытые СМИ, независимая судебная система и т.п.), то наша НПС будет напоминать аналогичные системы ведущих развитых стран. Если начнем искать свой особый путь развития, то тоже есть куда посмотреть (не буду показывать пальцем, чтобы никого не обидеть).

Сегодня в стране запущен, на мой взгляд, очень перспективный проект – Универсальная электронная карта. Я слышал много дилетантских насмешек над этим проектом, которые я категорически не разделяю. УЭК способна не только решить массу проблем при общении гражданина с государственными институтами, но и предложить рынку новую систему расчетов, которая позволит держателю карты воспользоваться любым своим счетом в любом российском банке! Только бы получилось завершить проект в соответствии с задуманным планом.

Виктор Достов («Электронные деньги»):

Я бы выделил следующие тенденции развития розничного сегмента НПС:

  • укрупнение игроков как за счет олигополизации рынка, так и за счет слияний и поглощений среди действующих компаний;
  • развитие облачных сервисов, состоящее в появлении гибридных платежных инструментов, которые совмещают в себе, к примеру, платежную карту и «электронный кошелек» или предоплаченный мобильный счет и платежную карту, и иные подобные продукты. Как следствие, операторы электронных платежей становятся все более универсальными;
  • как результат, растет интегрированность и связность НПС. Например, операторы денежных переводов («Контакт», «Юнистрим») активно интегрируются с системами мобильных и интернет-платежей;
  • возрастание роли «традиционных» игроков, таких как банки и международные платежные системы, в сегменте высокотехнологических розничных платежей. Банки запускают «электронные кошельки» и банкоматы, позволяющие получать наличные без карты. А международные платежные системы предлагают инновационные услуги, например, гибридные карты, Р2Р-переводы и иные сервисы, которые ранее оставались вне области их внимания.