Александр Головин, главный редактор журнала «Банковское обозрение»Александр Головин, главный редактор журнала «Банковское обозрение»

Алексей Улюкаев на форуме «Россия зовет!» был убедителен, рассказывая, чем отличается осень 2011 года от событий трехлетней давности. И банковская система страны имеет положительную чистую инвестпозицию в 40 млрд долларов против отрицательной в 130 млрд в 2008 году, и рубль де-факто на свободе, да и вообще дельфин и акула только внешне похожи, а биологически — разные виды, метафорически вещал он.

Популярно мнение, что регулятор набил шишек во время последнего кризиса, но теперь готов встретить любые трудности во всеоружии. Эту мантру повторяют почти все — в частности Олег Вьюгин в интервью «БО».

На этом фоне прогноз ЦР ВШЭ о том, что в 2014 году произойдет девальвация до 43–46 рублей за доллар, прозвучал ошеломляюще. Тем более что ВШЭ, по мнению многих — think tank Минэкономразвития.

В день опубликования прогноза Андрей Илларионов, президент Института экономического анализа, выложил в своем блоге ссылку на статью о кризисе 1998 года Бориса Львина, широко известного в узких либеральных кругах экономиста, работавшего в МВФ и Всемирном банке.

Вкратце смысл статьи такой. Российский дефолт 1998 года — уникальное явление. Ни до того, ни после государства не отказывались платить по обязательствам, номинированным в национальной валюте. Зачем, когда есть такое средство, как девальвация?! При этом события развернулись совершенно неожиданно для всех, включая МВФ, который готовился предоставить России новый кредит.

Львин ссылается на следующий поразительный факт из доклада МВФ. Оказывается, в конце июля 1998 года Сбербанк отказался от ролловера — замены подлежащих погашению ГКО на облигации следующего транша с дисконтом (что обеспечило бы держателю бумаг доходность, а эмитенту — перенос срока погашения) и предъявил бумаге к оплате. А это спровоцировало панику среди других инвесторов.

Боязнь ответственности и гнева начальства — черта для чиновника личностнообразующая

Теоретически любой владелец ГКО мог поступить таким образом, но Сбербанк в тот момент на 100% принадлежал ЦБ. Как расценить подобный саботаж?

Борис Львин предположил, что «Сбер» как раз выполнил прямое указание Центробанка, чиновники которого не хотели брать на себя ответственность за грядущую неизбежную девальвацию и таким образом попытались перебросить мяч на сторону правительства. Судя по воспоминаниям отдельных работников последнего, сюрприз удался, но эффект получился, видимо, совсем не тот, на который рассчитывали в ЦБ, — и для страны в целом, и для его руководства в частности: председатель Банка России Сергей Дубинин был отправлен в отставку.

Лично мне в эту гипотезу поверить легко. Боязнь ответственности и гнева начальства — черта для чиновника личностнообразующая. Хотя Львин рассматривает и другую версию — что ЦБ хотел дискредитировать правительство Сергея Кириенко, провести премьером Виктора Черномырдина и одновременно «слить» президента Бориса Ельцина. Сам автор в это не верит, а я лишь обращу внимание на пикантную деталь: «человеком Черномырдина» в статье назван Сергей Алексашенко — в то время первый зампред ЦБ, ныне соавтор упомянутого выше пугающего прогноза.

В чем мораль сказки? Можно успокаивать себя «уроками, извлеченными регулятором» и рассуждениями о торговом балансе и инвестпозиции, но ключевые решения в критический момент будут приниматься совсем по другим мотивам. Сумбурные действия властей в 2008 году — лишняя тому иллюстрация. Хорошо хоть деньги у страны пока есть.

БО №11 (154) Ноябрь 2011