От реформы ВЭБу не уйти?

Кажется, совсем недавно президент России Дмитрий Медведев в своем послании Федеральному Собранию произнес: «Что касается государственных корпораций. Я считаю эту форму в современных условиях в целом бесперспективной. Корпорации, которые… работают в коммерческой, в конкурентной среде, должны быть со временем преобразованы в акционерные общества, контролируемые государством.»

Практически все комментаторы обратили особое внимание на эти слова. Как из рога изобилия вдруг посыпались статьи, в которых госкорпорации объявлялись, например, «раковыми опухолями российской экономики». Критика – это, конечно, здорово, но я почему-то уверен – многие из авторов статей не имели возможности увидеть вблизи хотя бы один из проектов, осуществляемых при участии ВЭБа.

Самое интересное – то, что все основные «нерыночные» проекты, за которые ВЭБ подвергали жесткой критике – скупку акций в самый разгар кризиса на российском фондовом рынке, выдача стабилизационных кредитов крупным российским компаниям для погашения западных займов (так, один только «Русал» получил около $4.5 млрд.) и прочие подобные меры – ВЭБу пришлось осуществлять по просьбе правительства - в тот момент даже крупнейшим российским банкам было совсем не до оказания помощи другим, самим бы удержаться на ногах. Можно спорить о целесообразности выделения бюджетных средств на те или иные антикризисные проекты, но то, что без этой поддержки состояние российской экономики было бы сегодня намного более плачевным, не берутся опровергать даже самые оголтелые «рыночники».

Про экстренные и нерыночные меры по спасению банков «Глобэкс» и Связь-банка даже неудобно что-то писать, ведь именно безграмотное и излишне рискованное ведение операций частными, «рыночными» собственниками, довели их до краха в самом начале прошлой осени! Возможно, обсуждать следует целесообразность спасения государством этих заигравшихся финансовых институтов, но вовсе не меры ВЭБа по их санированию, которое было выполнено в максимально сжатые сроки.

Обвинения в том, что своими крупными кредитами, предоставленными по ценам ниже рынка, ВЭБ «отнимает кусок хлеба» у крупнейших российских частных и полугосударственных банков, звучали из уст некоторых аналитиков просто смешно – в тот момент ни у частных, ни даже у полугосударственных банков свободных денежных средств  на помощь компаниям не было. Мало того – эти банки сами получали государственную поддержку от Центробанка в огромных объемах, что также было абсолютно нерыночной мерой! Против которой, кстати, никто из получивших поддержку почему-то никак не протестовал.

Да и говорить о том, что нарушаются законы свободной конкуренции в банковском бизнесе – тоже вряд ли стоит. В первую очередь потому, что мало кто из средних банков может на равных бороться с несколькими имеющимися в стране полугосударственными и частными банками-монстрами, имеющими мощные как финансовые, так и политические ресурсы для борьбы с конкурентами. Про небольшие региональные банки, напрочь задавленные еще в докризисные времена более выгодными условиями столичных филиалов, имеющих доступ к дешевым, в том числе – бюджетным ресурсам, не стоит даже упоминать.

Реакция руководителей самих госкорпораций была, естественно, более сдержанной. Так, председатель Внешэкономбанка (ВЭБа) Владимир Дмитриев сухо отметил, что готов начать акционирование «хоть завтра», но вот какая досада – «По нашим подсчетам, нужно увеличить капитализацию банка чуть более чем на 1 трлн. рублей, чтобы ликвидировать перекосы, связанные с превышением лимитов на одного заемщика».

Кроме того, так как к «эпохе перемен» подоспел и 85-летний юбилей ВЭБа, то вместо нудных препирательств и саморекламы на государственных телевизионных каналах, очевидно, было принято красивое и элегантное решение – провести к годовщине банка 8 декабря 2009 года научную конференцию на злободневную тему «Модернизация российской экономики: роль институтов развития», на которой выдающиеся представители экономической мысли должны были предложить пути выхода из посткризисного экономического тупика. Как говорится, на миру и смерть красна!

Состав конференции собрался представительный: кроме главы ВЭБа, присутствовали: президент Европейского Банка Реконструкции и Развития (ЕБРиР) Томас Мирров, а также высокопоставленные представители Государственного Банка Развития Китая, Китайской корпорации по страхованию экспорта и кредитов, Европейского Инвестиционного банка, Банка развития Бразилии, Экспортно-импортного банка США, высокопоставленные российские чиновники, бизнесмены, экономисты – Алексей Кудрин, Эльмира Набиуллина, Игорь Шувалов, Аркадий Дворкович, Сергей Степашин, Сергей.Глазьев, Александр Шохин и многие другие.

Конференция и выступления

Открыл конференцию г-н Дмитриев, который, кратко пройдя от даты создания банка 16 декабря 1924 года через операции внешней торговли, Асуанскую плотину и Хелаи, выплату внешнего долга бывшего СССР, плавно перешел к 2002 году, когда банк был назначен государственной управляющей компанией Пенсионного фонда, и к июню 2007 года, когда банк, собственно, и стал сегодняшним ВЭБом.

«…За два года нашей деятельности …было одобрено 126 инвестиционных проектов…с участием «Внешэкономбанка» в объеме почти 780 миллиардов рублей… Речь идет…о создании современных уникальных производств, которые требуют больших капитальных вложений, длинных ресурсов и ресурсов, которые предоставляются по ставкам ниже рыночных… Во время глобального финансово-экономического кризиса банк стал ведущим инструментом по реализации антикризисных мер российского правительства. Это и поддержка российских корпораций при рефинансировании их внешних обязательств… Это и работа…в интересах поддержки фондового рынка».

Далее ВЭБ был предложен в качестве координатора работы международных институтов развития в России – Всемирного банка, ЕБРиРа и многих других. «…Мы продолжим обмен мнениями и расстанемся с еще большей уверенностью в том, что институты развития…необходимы, роль их в экономике следует усиливать» - закончил руководитель ВЭБа свою речь.

Были зачитаны приветственные слова Дмитрия Медведева («убежден, что ВЭБ будет и впредь активно участвовать в реализации государственной инвестиционной политики»), премьер-министра Владимира Путина («…дальнейших успехов в Вашей важной и востребованной работе»).

Мирров, президент ЕБРРа, в своем выступлении сделал упор на необходимость активной поддержки частного сектора экономики, малых и средних предприятий.

Аркадий Дворкович успокоил сотрудников и иностранных кредиторов ВЭБа, сказав, что «ВЭБ будет далеко не в первых рядах преобразованных в акционерные общества», а также дал высокую оценку проведенной ВЭБом работе, в том числе – и во время кризиса.

Ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев резонно заметил, что институты развития обычно необходимы в тех странах, где несостоятельность рыночной системы сочетается с несовершенной работой государства, отметив, проблемы сырьевой экономики успешно преодолевались в странах с высоким качеством госуправления, низким уровнем коррупции, а «Россия…попала в ситуацию, где и государственные институты низкого качества, и уровень коррупции высокий, и в то же время в экспорте доминируют сырьевые отрасли». Он отметил сходство ВЭБа и ЕБРРа, сделав упор на то, что ЕБРР не занимается проектами, которые вытесняют частный сектор экономики.

Знаменитое пессимистичное, много раз цитируемое в СМИ выступление Алексея Кудрина, в котором он предсказал будущие проблемы буквально у всех и везде – и у закредитованных предприятий, и у банков-кредиторов, и на валютном рынке в случае ухода международных инвесторов, немного оживило зал. Он отметил, что роль банка развития будет уменьшаться по мере развития рыночных институтов, но дал понять, что это будет не в ближайшие месяцы. А потом и вовсе заявил, что «…в период кризиса ВЭБ оказался в свое время в своем месте, это, конечно, решило проблему в целых секторах… Я помню, как ВЭБ подставил плечо крупным заемщикам на Западе».

Сергей Глазьев даже отметил, что «Только институты развития в нашей нынешней финансовой ситуации могут обеспечить прорыв нашей экономики к экономическому росту из депрессии» и «Их нужно не сворачивать и не ограничивать, а наоборот, расширять».

То, что роль ВЭБа нелегка, было видно и из знаковой оговорки Дворковича, который предоставил слово «…собрату нашего ВЭБа по несчастью, вернее, по развитию российской экономики…» - генеральному директору по России ЕБРРа Алану Пийю.

Что же дальше?

В общем, никто из выступавших (а это, как говорилось выше, были знаковые фигуры для российской экономики и политики) не поддержал идею по срочному преобразованию ВЭБа и его отстранение от сегодняшних дел! Мало того – были выдвинуты предложения по участию ВЭБа в  модернизации моногородов, использованию пенсионных средств ВЭБа для ипотечного кредитования, а председатель ВЭБа объявил, что он и президент ЕБРРа буквально только что подписали меморандум, предусматривающий в числе прочего выделение российским региональным банкам до 500 миллионов евро на кредитование малого и среднего предпринимательства.

Кстати, буквально на следующий день после окончания мероприятия гендиректор Агентства по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК) Александр Семеняка предложил схему выпуска и последующего выкупа ВЭБом ипотечных облигаций, которые будут обеспечены ипотечными кредитами, выданными по ставке не выше 11% годовых. Речь идет о сумме порядка 160 млрд.руб. Ставка по купонам облигаций со сроком обращения 5-6 лет должна составить около 8-9% годовых. Прочитав эту знаковую новость, я с некоторой грустью вспомнил заявление главы ВЭБа, что уже в ближайшее время доходность по инвестированию банком пенсионных накоплений может превысить уровень инфляции, а также немного печальный опыт финансовых учреждений США по работе с подобными финансовыми инструментами…

Так что пока существованию и деятельности одного из самых мощных финансовых учреждений страны ничто не угрожает, кроме осторожных намеков и смутных отдаленных планов.

Остается только надеяться, что планы по реализации контрольных пакетов акций банков «Глобэкс» и Связь-банка не останутся только словами, и после выхода России из экономического кризиса ВЭБ отойдет от несвойственной ему функции спасателя утопающих и займется тем, для чего, собственно, он и был создан – поддержкой «длинными» и дешевыми деньгами проектов по созданию предприятий новой, модернизированной, несырьевой экономики.