Россия с ее практически неисчерпаемыми ресурсами, несовершенным законодательством, дешевой рабочей силой испокон веков была интересным рынком для инвесторов. Но, помимо западного варианта, предлагается и другой. Исламские финансы готовы пойти в российскую экономику – заявлено на казанском саммите.
«Задачами Kazansummit-2011 является установление взаимовыгодного сотрудничества в сфере прямых инвестиций и выработка рекомендаций в области применения исламских финансовых инструментов для развития экономики" – сказал председатель организационного комитета саммита, руководитель Агентства инвестиционного развития Татарстана Линар Якупов, открывая стратегический форум саммита.
Интерес к исламским финансам не безоснователен. «Мировой финансовый кризис показал, что западные модели экономической системы требуют модернизации. Нужно искать другие пути развития экономики. Исламские финансы являются альтернативой традиционным способам ведения бизнеса», – отметил президент Татарстана Рустам Минниханов в своей приветственной речи на саммите.
«Ай, Аллах, ай, Аллах, ниспошли прогресс в делах…»
Сегодня многие финансисты приходят к мсыли, что исламский банкинг может стать новым драйвером в развитии мирового финансового рынка. «Традиционная банковская финансовая система рухнула, достигла своего предела, – радикально констатировал иректор Британского института технологии и электронной коммерции (BITE) доктор Мохаммад Фармер. - Мы должны показать, насколько велико значение финансирования с учетом религиозных воззрений. Многие считают, что потенциал религии в экономике исчерпан, но мы думаем иначе».
Но как раз таки религиозная составляющая вызывает наибольшее число вопросов. На недавней он-лайн-конференции "Исламский банкинг: перспективы", главный редактор портала Bankir.Ru, вице-президент Ассоциации региональных банков России Ян Арт сказал: «Исламский банкинг" - это финансовый термин. С точки зрения самой философии этого финансового механизма он имеет в качестве основы мусульманские принципы и нормы социума. Однако сам инструмент не носит какой-либо религиозной или национальной окраски. Хотя, к сожалению, «подозрение» в конфессиональной избранности мешает многим воспринимать исламский банкинг объективно».
«Когда говорят о религиозной составляющей исламского банкинга, в первую очередь, конечно, имеют в виду «рибу» - запрет ссудного процента, - поясняет генеральный директор Агентства по надзору за ростом долговых обязательств Максим Осовский, - При этом впервые отрицательное отношение к ростовщичеству было сформулировано еще в Торе. В Ветхом Завете сказано, что настоящий праведник «в рост не отдает и процент не берет». В XI веке христианские богословы приравнивали взимание процента к грабежу, запрет на «ростовщический процент» был сформулирован и в русском «Соборном уложении».
Так что, по сути, все религии находятся в противоречии с принципом процентного дохода. В исламской экономике это противоречии попытались ликвидировать за счет особой модели банкинга. А мировой кризис привлек к ней особый интерес.
«Кризис западных рынков в 2008-2009 годах, полное их закрытие для российских заемщиков, на какой-той период, послужило мощным драйвером для движения в восточном направлении,- говорит вице-президент Ассоциации региональных банков России Олег Иванов. - Кризис кончился… как будто … но это движение уже не остановить». Даже несмотря на кризис и в центре исламских финансов – Дубае.
У скептиков религиозный акцент исламского банкинга вызывает большие сомнения. Прагматики считают, что его следует оставить за скобками.
«Меня религиозная составляющая беспокоит меньше всего; альтернативные финансы - вот лучшее название для новых инструментов, позволяющих привнести в нашу экономику новые средства, – выразил свое мнение на проведенном для татарстанских журналистов брифинге президент Ассоциации региональных банков России Анатолий Аксаков. - В исламском мире много денег. Мы хотим, чтобы их инвестировали в нашу экономику. Для этого мы должны предложить инвесторам приемлемые для них инструменты. Они есть и могут быть реализованы в рамках уже существующего законодательства».
Исламский банкинг в законе
Вопрос о законодательной базе исламского финансирования наиболее актуален. Апологеты исламского банкинга настаивают, что России следует принять специальные законы для исламского банкинга. Прагматики говорят: рабойте в рамках существующего правового поля. Скептики вспоминают недавнюю историю -
в России уже есть опыт отзыва лицензии у банка, работавшего с исламскими финансами. Причем лицензия была отозвана за отмывание денег, полученных преступным путем.
«Исламское финансирование это финансирование ради мира, а не традиционно-понимаемое финансирование ради войны», – попытался рассеять сомнения представителей российских банков доктор Мохаммад Фармер в своем выступлении на саммите.
Однако мнения по поводу необходимости внесения изменений в российское законодательство в угоду исламским инвесторам, различны..
«Без формирования правового поля исламских финансов они развиваются в России нелегально», - заявил на он-лайн-конференции "Исламский банкинг: перспективы" начальник аналитического управления Банка корпоративного финансирования Максим Осадчий.
«Механизмы исламского банкинга вполне вписываются в существующее поле. В частности, они вполне адаптивны к рынкам венчурного финансирования, небанковского кредитования, микрофинансирования. Необходимости в отдельном правовом оформлении нет. Очевидно, что принципы надзора, регулирования, оформления сделок и т.п. должны быть едиными для всего правового пространства страны», – возражает Анатолий Аксаков.
В своем выступлении на 3-м международном саммите исламского бизнеса и финансов Аксаков говорил об уже принятых законах, способствующих продвижению российского законодательства в области финансов к существующей мировой практике - закон, направленный на противодействие использованию инсайдерской информации, закон о клиринге, принятый в первом чтении закон о секъюритизации, появление понятия ликвидационного неттинга, законопроект о центральном депозитарии.
Тем не менее, работу с исламскими финансовыми инструментами Аксаков назвал в числе возможных шагов на пути к созданию международного финансового центра в России. «Есть определенные инструменты исламского банкинга, с которыми затруднена работа из-за противоречия налоговому законодательству России. Но таких не много. Наша общая задача - выработать предложения, позволяющие использовать эти инструменты, но одновременно не дающие недобросовестным участникам рынка воспользоваться льготами, – обратился Анатолий Аксаков к участникам саммита. - Необходимо накапливать практику. Сделав это, можно более активно убеждать регуляторов в необходимости определенных корректировок в законодательстве».
Пока же, по утверждению заместителя директора правового департамента министерства финансов России Владислава Кудряшова, высказанному на саммите, в его департамент «не поступало никаких предложений, запросов, проектов по поводу исламских финансов».
«Ни Банк России, ни федеральное правительство пока не предполагают ничего делать в этом направлении, - отметил ранее и Олег Иванов. - Другое дело, а надо ли формировать новое правовое поле? Опыт Великобритании, Люксембурга и других европейских стран показывает, что отдельные уточнения, прежде всего, налогового законодательства нужны. Исламские финансовые продукты с налоговой точки зрения слабо отличаются от нефинансовых сделок (купли-продажи), ведь в них нет процентов: например, вместо кредита - мурабаха (купля-продажу в рассрочку). Следовательно, немедленно возникает НДС и база по налогу на прибыль (доход). Получается налоговая дискриминация финансовых инструментов, что делает их экономическими не эффективными».
Однако, учитывая особенности российского финансового рынка, следует семь раз отмерить, прежде чем менять налоговое законодательство. Иначе, по словам Аксакова, «наши умные мошенники будут все продавать как «исламские инструменты».
Британия имеет наибольший из всех европейских государств опыт работы с исламскими финансами. Ее представитель, управляющий и генеральный директор BMB Islamic Advisory профессор Хумайон Дар, обращаясь к потенциальным инвесторам, собравшимся на саммите, призвал не накладывать на Россию «слишком тяжелый пласт шариатских требований. Пусть в первые пять лет они поработают с инструментами, к которым предъявляются минимальные требования шариата. Россия - не мусульманская страна. Англичане интегрировали принципы шариата в свои законы, но исламские банки не настаивают на изменении государственных законов. Финансово-инжиниринговый подход заключается в гибкости».
Владислав Кудряшов расширил проблему корректировки законов, дополнив ее вопросом о квалифицированных людских ресурса: «Каким бы не было законодательство, за его исполнением нужно следить. Инвестиционный климат, это не только институты, органы власти, это в первую очередь люди, реализующие, исполняющие предписания права. Необходим подготовленный персонал, умеющий работать с исламскими финансовыми инструментами. Чем больше будет таких людей, тем быстрее мы достигнем желаемого, благоприятного инвестиционного климата». Кудряшев выразил надежду, что Татарстан, как серьезная площадка для исламского финансирования, даст таких людей.
А клиенты кто?
Действительно, Татарстан и соседняя Башкирия – наиболее развитые мусульманские анклавы России. В целом в России проживают 15-20 млн. мусульман, что составляет потенциально значимую клиентскую базу для исламского банкинга. Однако… из уст одного из выступавших на саммите прозвучала цифра в «70 миллионов российских мусульман». А совсем недавно муфтии обратились в правительство страны с предложением дополнить герб России изображением исламского полумесяца. «Если вспомнить все это, то сама тема исламского банкинга, мягко говоря, напрягает», - заметил по этому поводу в кулуарах саммита один из его участников.
Если же убрать идеологию, то, исходя из самых трезвых расчетов, каков потенциальный рынок (клиентура) у исламского банкинга в России?
Вопрос, ответ на который на территории Российской Федерации далеко не однозначен. Максим Осадчий привел такую статистику: «Активно практикуют ислам 5-10% от общего числа мусульман. Если в России живут 15-20 млн. мусульман, то активно практикующих ислам 0,75-2 млн. Даже 750 тысяч человек - вполне интересная аудитория для развития исламского банкинга».
Олег Иванов возражает: «Рынок не так велик, как может показаться даже реалистам. Важно отметить, что Коран запрещает дачу денег в рост (получение процентов), но не уплату процентов. Это означает, что перспективы традиционного потребительского кредитования среди мусульманского населения выглядят не хуже, чем в других социальных группах. Другое дело, если ставится задача привлечения инвесторов с Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии. Приход крупных игроков способно создать предложения, которое выступит драйвером спроса в рознице».
«Привлечение инвестиций в российскую экономику является одним из стратегических направлений государственной политики. В соответствии с поручением президента Российской Федерации Дмитрия Медведева в Приволжском федеральном округе назначен инвестиционный уполномоченный. Им стал заместитель полномочного представителя Алексей Кудрин. Предполагается создание комиссии по улучшению инвестиционного климата в регионах округа, формирование базы данных инвестиционных проектов, реализуемых в округе», - сказал в своей речи на саммите помощник полномочного представителя президента РФ в Приволжском Федеральном округе Муаед Канкулов.
«Российское правительство взяло на себя обязательства вложить около $1 трлн. в возведение инфраструктуры до 2020 года. Покрытие расходов в таком объеме только за счет государственных средств не представляется возможным, тем более, что, как известно, бюджет Российской федерации около $300 млрд.» – раскрыл тайны российских финансовых планов депутат Государственной Думы РФ, председатель подкомитета по развитию государственно-частного партнерства Хафиз Салихов. «Поэтому, нет сомнений, что государственно-частное партнерство и является необходимым инструментом для достижения целей реформирования экономики», - добавил Салихов.
«Малайзия уже принимает участие в реализации ряда проектов на территории Татарстана. Наш вклад в инвестиционные проекты скромен, но я уверен, что далее мы будем принимать активное участие в этом вопросе», - отметил посол Малайзии в России Дато Зайнол Абидин Омар. По его словам, специалисты из Малайзии продолжат оказывать содействие коллегам из Татарстана в вопросах исламского банкинга, использования облигаций сукук, развития направления халяль.
Халяль и халява не одно и то же
А содействие, действительно, необходимо. Прежде всего, в плане обучения, информирования российского населения, большая часть которого в принципе не знают о существовании исламских финансов.
Один из гостей саммита, пришедший искать финансирование для своих проектов, поинтересовался, что такое сукук, так как даже не слышал о такой форме финансирования.
За круглым столом «Инновационный подход к внедрению исламских финансовых инструментов» была озвучена история о клиенте, обратившимся в «исламское окно» одного из банков с просьбой «помочь» в покупке автомобиля. Он ожидал, что банк купит товар для него и продаст его за ту же стоимость, но в рассрочку, «так как судный процент запрещен…». Такое вот представление об исламском банкинге – скорее норма, чем анекдот.
На конференции по исламской экономике и финансам, проходившей в рамках саммита, директор Ассоциации экономического совета при Всемирной ассамблеи исламской молодежи шейх Абдуррахман Атрам прочитал великолепную лекцию о «значении исламских принципов для макроэкономических институтов, рыночной дисциплины», которую можно по праву назвать ликбезом в вопросах исламской экономики.
Одним из основных отличий исламской экономики от традиционной можно считать наличие средств контроля не только дохода, но и трат. Существуют разрешенные и запрещенные траты, а из разрешенных - обязательные и добровольные. Например, существует обязательная благотворительность, которой на саммите был посвящен отдельный семинар. Участниками семинара были президент фонда «Солидарность» Лилия Мухамедьярова, генеральный координатор союза некоммерческих организаций исламского мира (UNIW) Джихангир Ишбилир, генеральный директор Всемирного конгресса мусульманских филантропов доктор Тарик Чима, президент благотворительной организации «Милосердие в образовании» ректор Академии Управления ТИСБИ Нэлла Прусс и другие известные представители благотворительных фондов и организаций.
Конечно «о преимуществах исламского банкинга говорить пока рано, но весь мир, не обращая внимания на идеологическую составляющую, давно пользуется не римскими, а арабскими цифрами и лечится по «Канону врачебной науки», который написал Ибн Сина, – рассуждает Максим Оссовский. - Мусульманское право, система налогообложения, банкинг и исламская экономическая модель дают некий другой взгляд на гражданско-правовые отношения между людьми, между предприятиями и организациями с другой нравственной точки зрения».
Принимать ли исламский подход к ведению бизнеса, работать или нет с исламскими финансовыми инструментами -, вопрос личных предпочтений и выбора. Например, в предложениях Ассоциации региональных банков России, направленных в правительство и Банк России при обсуждении Стратегии развития банковского системы России до 2015 года, записано: «Многонациональному населению России должен быть доступен весь спектр финансовых инструментов, включая альтернативные (исламские) финансовые продукты. Действующее гражданское законодательство позволяет отдельным видам финансовых посредников, включая микрофинансовые организации, лизинговые компании и инвестиционные фонды, предлагать клиентам соответствующие финансовые продукты. В рамках работы по созданию в России международного финансового центра необходимо уточнить отдельные положения налогового и банковского законодательства, для того чтобы расширить потенциал данного рынка и устранить правовые неопределенности. Это позволит повысить инвестиционную привлекательность банковского рынка для инвесторов из стран Центральной и Юго-Восточной Азии».
Как сказал один из спикеров саммита, «все ушедшее возвращается. Мы идем в будущее по вехам, намеченным в далеком прошлом великим шелковым путем». Но вот насколько он велик – пока оценить затруднительно.