Впрочем, все относительно. И перспективы, и возможности у отечественного рынка есть. Их обсудили на 2-й международной конференции «Инвестиции в Центральную и Восточную Европу».

В рамках обсуждения инвестиционного климата и привлекательности европейских стран свою точку зрения озвучил исполнительный вице-президент РСПП Александр Мурычев: «На мой взгляд, совершенно правильна логика организаторов конференции в том, что нужно искать позитив в сегодняшних рецессионных проявлениях, которые наблюдаются в экономике стран Центральной и Восточной Европы. Из кризисов всегда были прагматичные выходы, и сейчас новыми возможностями нужно воспользоваться для развития двусторонних и многосторонних отношений между Россией и странами Центральной и Восточной Европы».

Как отметил вице-президент Ассоциации региональных банков России, главный редактор агентства Bankir.Ru Ян Арт, «особый интерес конференция представляет не только темой разговора, но и тем, что на ней присутствуют пражские и варшавские коллеги, что несколько непривычно для России. В России любят участвовать в БРИКСах, говорить о G20, хотя состояние рынка страны ближе к нашим соседям. На фоне Уолл-стрит мы выглядим младенцами».

Европа – тоже разнородна. «Объединять страны Восточной и Центральной работы сложно», – подчеркнула первый вице-президент Газпромбанка Екатерина Трофимова. Прежде чем решить, куда вкладывать деньги, необходимо разобраться во всех плюсах и минусах тех или иных форм вложений.

По мнению Трофимовой, «традиционно в регионах Центральной и Восточной Европы внешних инвесторов привлекают наиболее ликвидные рынки. Возможности для развития долгового рынка за рубежом серьезные. Уровень дефолтности в этот кризис невелик». Но в целом рост мировой экономики замедляется, что «связано не с финансовыми вопросами, а с торможением технологического развития в мире».

«Центральная и Восточная Европа – очень сложный и разнообразный регион. Когда идет речь об инвестициях, важно понимать данные рынки. Нужно изучать каждый проект, каждую инвестицию, анализировать все детали. Нельзя просто рассматривать регион в целом», – подтвердил директор дивизиона финансов ОТП Банка Давид Семере.

Спикер уверен, что «Россия является для потенциальных инвесторов одним из наиболее интересных рынков».

Однако по итогам 2011 года отток капитала из страны составил примерно $80 млрд., по итогам прошлого – примерно столько же. Впрочем, отметил директор по корпоративному управлению «Делойт СНГ» Олег Швырков, «этот показатель несколько лукавый: так, если мы c вами в российском банке открываем депозит в евро, то эти средства считаются «ушедшими» из российской экономики».

И все же Россия, мягко говоря, не является инвестиционной Меккой. Почему?

Королевский банк Шотландии провел опрос на эту тему. Выяснилось, что основными причинами являются волатильность нашей экономики, ее зависимость от стоимости нефти, а также риски корпоративного управления.

«Дефицит доверия к России происходит, главным образом, из-за отсутствия этической культуры в финансовых компаниях, слабом регулировании со стороны государства и дестабилизации рынка», – подтвердил генеральный директор SVM Asset Management (Лондон) Колин МакЛин.

Фото: Альберт Тахавиев, Bankir.Ru

Повысит ли инвестиционную привлекательность развитие конкуренции?

«Конкуренция между биржами и альтернативными площадками не является новеллой, в начале ХХ века в Америке работало сто бирж. Нью-йоркская биржа вышла победителем, потому что ее отличали требования к защите прав инвесторов», – рассказал Олег Швырков.

«Ни одна биржа, ни один финансовый рынок не выиграли от низких стандартов корпоративного управления; те рынки, которые обеспечивают защиту прав инвесторов, в итоге оказываются в выигрыше», – уверен спикер.

Начальник управления продаж на рынке долгового капитала Московской биржи Павел Попов рассказал о первых достижениях Московской биржи: «В феврале этого года Московская биржа вышла на сделку, это было крупнейшее IPO в России. Открылась новая эра с точки зрения публичных размещений наших и иностранных компаний».

Тогда акции размещались по стоимости в 55 рублей. Конечно, можно было бы и дороже, «но целью было привлечь максимальное количество инвесторов, в том числе зарубежных».

Сейчас структура инвесторов московской биржи диверсифицирована. Примерно 40% – это частные инвесторы из России; столько же – международные инвесторы (их доля постоянно растет) и 30% – российские институциональные инвесторы (управляющие и страховые компании).

«Мы ожидаем приток пенсионных денег», сказал Павел Попов. Этому способствует ряд грядущих изменений. Так, 379-е постановление правительства («Об установлении дополнительных ограничений на инвестирование средств пенсионных накоплений») не позволяет пенсионным деньгам «работать» на рынке акций. Дело в том, что сейчас НПФ должны показывать по своему портфелю только нулевую или положительную доходность. «Мы надеемся, что произойдут изменения – появится отсутствие требований безубыточности, тогда в портфель ценных бумаг могут быть включены акции», – отметил Попов.

Однако «люди не доверяют этике финансовых компаний; и хотя это вещь совершенно конъюнктурная, это является доминирующим мнением, которое нельзя игнорировать», – вернулся к теме инвестиционных опасений председатель правления Инвестбанка Константин Корищенко.

В качестве примера «переплетения политики и финансов» он привел историю с Кипром, когда финансовые решения получили серьезную политическую мотивацию. «Сегодня развитие финансового рынка куда больше подвержено политическому влиянию, чем было 10–15 лет назад», – уверен Корищенко.

По его мнению, «история объединения бирж – это уже прошлое. Сегодня драйвером финансового рынка являются клиринговые структуры – то, как они регулируются, как быстро могут развиваться».

Насколько мешает отсутствие законодательной базы рынку дериватов?

«Российские законодатели много раз «подходили» к рынку деривативов, – отметил спикер. – Но здесь вопрос эволюционного развития не подходит – нет времени: мы находимся в очень жесткой конкурентной среде и должны быстро принимать решения».

«Сейчас большинство инвесторов инвестируют глобально. Здесь какие-то локальные привлекательности, локальные «пряники», конечно, могут быть, но, в принципе, почти любая хорошая идея тут же подхватывается другими странами, и в итоге то или иное преимущество существует недолго», – резюмировал Константин Корищенко.

«Глобализация – одна из движущих сил, которая способствует экономическому росту, – уверен управляющий директор MSCI Реми Брайнд. – Принимая решение об инвестициях, крупные инвесторы опираются на индексы, бенчмарки; они находят информацию о том, что есть, что доступно, какие инвестиции могут быть рискованными, открывают дополнительные возможности для капиталовложений в новые рынки».

«Инвестору нужна поддержка со стороны менеджмента, администрации фонда», – считает исполнительный директор AKAT (the Czech Capital Market Association) Яна Михаликова. «Мы стремимся снизить административную нагрузку на фонды. У нас правильный и мудрый регулятор, он работает с разными типами фондов, работает с розничными и квалифицированными инвесторами», – похвасталась она.

В российском регулировании тоже грядут некоторые изменения. Во всяком случае, лингвистические – скоро вместо просто «регулятора» у нас появится «мегарегулятор».

По мнению Константина Корищенко «решение о мегарегуляторе является отражением тенденции, которая заключается в экономии расходов».

Значит, период сверхприбылей, сверхвысоких доходов, которые «падают с неба», закончился. И, пожалуй, это самая главная реальность, осознать которую должны инвесторы.

Москва.